Прямо с “Лыжни России” знаменитая лыжница отправилась на чемпионат мира

Ирина Степанцева, "Московский Комсомолец" Елена Вяльбе — как ураган. В эмоциях, суждениях, в прошлом - на лыжне. Вроде и нетороплива, но очень весома, что ли. Если говорит — то в своих словах уверена. Если что-то пропагандирует — то убедительна. На лыжне все уже когда-то доказала, 14 раз став чемпионкой мира, трижды — олимпийской. Теперь доказывает в “рядовой” жизни. Иногда это бывает сложно.
— Ну и повезло же вам, Лена, в лыжах же на пенсию не уходят… Начинаешь почти в младенчестве и идешь себе, идешь…
— Ну да, посмотрите, каких лилипутов на “Лыжню России” привозят! Да вон у нас и чемпионаты мира среди ветеранов проходят.
— Ну вот, а вам все наверняка некогда. Загрузили себя до предела — советник губернатора Громова, а с весны — и вице-президент лыжной федерации. А дети, а жизнь?
— Ну ничего себе, а это все что? Не волнуйтесь — и для детей я тоже время нахожу. Когда на работе, то с дочкой, которой три года, занимается, конечно, моя мама, я хорошо устроилась. А сын уже взрослый и очень самостоятельный, с повышенной ответственностью за то, что делает. И знаете, мне кажется, он бы первым удивился, если бы я, оставив большой спорт, уселась дома на диван. Я привыкла к такой нагрузке. Если только не почувствую, что где-то не справляюсь, что-то взяла на себя лишнее… Да, а по поводу свободного времени — выйду на пенсию и точно буду сидеть дома! И смотреть издалека на лыжников-любителей.
— Но федерации-то, наверное, со всеми ее проблемами вы могли бы избежать?
— А вы знаете, я люблю лыжи и, как выяснилось, на самом деле за них болею.
— Ну кто бы мог подумать! Весьма странное признание для 14-кратной чемпионки мира по лыжам.
— Смейтесь-смейтесь. А мне бывает до слез обидно за лыжный спорт, и радуюсь до слез, когда есть повод. Хотя три года назад не думала, что так близко буду опять к лыжне. Проще было ездить в качестве комментатора, веселиться и нигде ни за что не отвечать. Конечно, я приблизительно знала, на что иду. И не могу сказать, чтобы я этого боялась. Надо преодолевать себя — на этом, между прочим, весь спорт и держится. Ведь чем красива и важна “Лыжня России”, например? На старт выходят толпами непрофессионалы — потому что, как правило, эти соревнования проходят в то время, когда сборная команда уезжает или на чемпионат мира, или на Олимпиаду. Поэтому простой народ там, “Лыжня России” — это здорово как раз для любителей, которые преодолевают себя. Знаете, а во многом благодаря и таким стартам у нас сегодня в стране детей очень много занимается лыжами. К тому же у нас недорогой вид спорта. Я еще не слышала, чтобы в лыжную секцию ходили за деньги. Она бесплатная.
— А вы когда на лыжи вставали в последний раз? До “Лыжни”?
— В горном Цахкадзоре, где команда на сборе была. Но вообще это для меня не регулярное явление — как ушла с большой лыжни, так и… ушла. И ничего у меня не щемит, и по ночам я победно к финишу не мчусь. Что было, то было, и было здорово. А сейчас совсем другая жизнь, не менее интересная, поверьте. И не менее сложная.
— Вы живете в Истринском районе, как у вас там с массовым лыжником?
— Мне кажется, в последнее время, можно сказать, бум на лыжи. Когда есть снег, то настоящее паломничество в Подмосковье. Я буквально на днях в Электросталь ездила, там лыжную базу открывали при лицее. Мы были с Сашей Завьяловым и просто рты пооткрывали от восторга. Что я могу сказать? Завидуем просто народу. У них такие условия! Там есть и где лыжи хранить, и где отдохнуть, и где лыжи готовить. Есть тренажеры, если по каким-то причинам кататься нельзя, специальные тренажеры для лыжников, есть душевые кабинки. Все есть.
— Целый комплекс?
— Нет, это, конечно, все сделано в... подвале. Но в подвале с евроремонтом — чисто, красиво и очень хорошо продумано. И школьники могут кататься, и просто любители взять лыжи, например, напрокат — большой выбор лыж, отличный просто. И тут же детская спортивная школа, которая занимается там с тренером.
— Скажите, а массовый лыжник нынче изменился?
— Да вы что, Ира, они теперь все как из сборной России! Какие там невзрачные костюмчики и вязаные шапочки… Во-первых, экипировка стала доступной. Да? Согласитесь, можно зайти в магазин и выбрать, и те, кто любит лыжню, денежки отложат. Кстати, когда я на “Лыжне России” бежала, уже в прошлом и даже в позапрошлом году, то заметила, что у меня-то лыжи не самые лучшие!
— Как вас простой любитель-то…
— Просто видно, что люди много времени на лыжне проводят. И выглядят очень даже неплохо — и по экипировке, и, главное, технически. В общем, красавцы во всех отношениях!
— Сегодня в Оберстдорфе начинается чемпионат мира. В бой вступают профессионалы. Мы сможем им дать по окончании турнира такую же оценку?
— Мы только на это пока надеемся, я так думаю. Чемпионат мира покажет, правильную ли подготовку мы выбрали, не проиграли ли уже заранее, тактически? Потому что споров в начале сезона было много, и в основном полемика происходила вокруг Цахкадзора, горной подготовки. Там, кстати, прошли и последние отборочные старты. Вместе с нами в горах были биатлонисты, и, спустившись с гор, они показали очень хорошие результаты — Аня Богалий выиграла гонку впервые в сезоне. И это уже такой бальзам на душу! Надеюсь, что на чемпионате мира мы не упадем в грязь лицом, и все будет хорошо.
— А если упадем?
— Значит, будем искать причины.
— Взрывов внутренних на чемпионате мира не будет? Так хочется, чтобы предолимпийский старт запомнился победами, а не скандалами.
— Да нет, вроде все так плавно идет. И даже тренерский совет, где утверждалась команда, мирно прошел. Не было криков. Мы на сто процентов, я считаю, выдержали принцип спортивного отбора. Нет, мне кажется, все идет своим чередом. Конечно, бывают какие-то моменты: кто-то доволен, кто-то недоволен, но…
— Это и называется жизнь.
— Да. Так и должно быть. Рочев, Дементьев, Панкратов, Чепалова, Завьялова, Куркина, Медведева… Они должны проявить себя…
— А можно надеяться на такой же подъем результатов, как в российском биатлоне, или рановато?
— Ну биатлонистки бежали прекрасно на Кубке мира, посмотрим, что они покажут на чемпионате мира. У нас не было до последних дней таких побед, хотя, конечно, нам бы всегда хотелось, чтобы кто-то стоял на пьедестале. Но, мне кажется, мы более тщательно готовились к чемпионату мира. А вообще, я хочу, чтобы, не дай бог, никто не заболел и чтобы какие-то подводные течения не помешали любому из наших спортсменов раскрыться по-настоящему. Чтобы и со смазкой все было хорошо, и с силами, и вообще — всякие же бывают жизненные ситуации.
— И с гемоглобином…
— Это самая большая проблема сегодня. Только не нужно сразу вздрагивать — наши что-то там напринимали! У нас в сборной у Васи Рочева, у Жени Дементьева и у Жени Медведевой-Арбузовой уровень гемоглобина действительно может быть проблемой. Но исключительно как человеческий фактор — этот уровень в силу физиологических особенностей не выше нормы, но на грани. Просто от природы. Мы, конечно, держим это под строгим контролем, насколько это возможно.
— Я не спрашиваю про запланированные награды — дело это, скажем, рискованное...
— Я всегда удивлялась, как можно планировать что-то на крупные турниры! Хотя тоже планировала — ставила себе некую планку. Да, что-то может не получаться, но, когда есть планка — есть мотивация. Можно идти на подвиги.
— У членов сборной в расписании есть подвиг?
— Я всю жизнь была оптимистом. Говорю не просто так: мы действительно готовы к победным результатам. Не может труд таких тренеров, как у нас, пропасть даром. Они же не уезжают, не бросают Россию. Мне раньше часто этот вопрос задавали: почему в России торчишь? А как можно воспитывать кого-то, чтобы они с твоими же соотечественниками боролись? Я глупая, может, но я патриотка. Как и те тренеры, что годами с лыжни не вылезают. Шесть лет прошло, как я ушла с лыжни, но общий костяк тренеров остался. Они просто преданы делу и стране. Хотя, казалось бы, за что убиваться — за три тысячи рублей? Наши тренеры нужны везде, но отчего-то не уехали за границу...
— Так вы не пожалели, что вновь вернулись на “большую лыжню” — имею в виду важную должность?
— Нет. Я уже привыкла, что меня все теперь со всех сторон поливают — проблем-то с “большой лыжней” ох как много.
— А к тому, что молодежь называет Еленой Валерьевной?
— Да, пожалуй, да.

Ирина Степанцева, "Московский Комсомолец".