Александр Грушин: никаких изменений в головах членов тренерского совета ФЛГР я не наблюдаю. Всех по-прежнему волнует только одно: вдруг Чарковский обидится и не даст лишние трусы?

Позавчера и вчера в Москве проходил тренерский совет Федерации лыжных гонок России. Несколько часов назад мы познакомили вас с поствзглядом на этот тренерский совет заслуженного тренера России Татьяны Ревиной. Теперь слово – заслуженному тренеру СССР Александру Алексеевичу Грушину.

Я позвонил Александру Алексеевичу с просьбой прокомментировать итоги завершившегося тренерского совета ФЛГР и совершенно неожиданно для себя услышал, что мой собеседник был там в зале.

- Как это вам удалось туда проникнуть? Кто-то пригласил вас, или сами пришли?

- Меня никто не приглашал, сам пришёл. Честно говоря, боялся, что не пустят, но мне сказали, что пустят. И правда, пустили, и даже дали возможность высказать своё мнение.

- А там был какой-то контроль на входе, как это полюбил делать Владимир Алексеевич в последние годы?

- Нет, никакого контроля не было. Зарегистрировали, записали в список. Тем, кто является членом тренерского совета, выдавали какие-то бумаги, наверное, повестку дня, предполагаемые составы команд, ещё что-то.

- А вас зарегистрировали?

- Да, зарегистрировали.

- То есть вы представились: Александр Грушин, заслуженный тренер СССР?

- Да нет, так полно там представляться не было нужды, меня там все знают, зачем (улыбается)?

- Но это уже достижение – на тренерский совет ФЛГР пропустили заслуженного тренера СССР по лыжным гонкам Александра Грушина - мы с вами говорим об этом как о чём-то совершенно необыкновенном…

- Да, согласен, есть чему удивиться. Я же и в Сыктывкаре побоялся на тренерский совет идти. Ну, не то что побоялся, но неудобно как-то – приедешь вот так на тренерский совет, а тебя выставят как мальчишку за дверь. Я ведь всю жизнь отдал лыжному спорту, и когда тебя не пускают в зал, как пацана, ощущения не очень приятные. Поэтому я и в Сыктывкар не поехал, побоялся этой неприятной процедуры. А здесь рискнул. Сказали ведь, что будет расширенный тренерский совет, а «расширенный» - понятие растяжимое. Правда, я сейчас к федерации никакого отношения не имею, поэтому могли не пустить и на расширенный. Но – пустили.

- И какие впечатления? Кто проводил тренерский совет? Логинов был в зале?

- Вступительное слово держал господин Логинов.

- Он там был?!

- Да, как президент. Не взирая на то, что довольно давно уже подал в отставку. Как я понимаю, его обязанности на это время должен быть взять на себя кто-то из вице-президентов ФЛГР, так ведь? Ну да ладно, не будем цепляться по мелочам.

Что мне больше всего запомнилось во вступительном слове господина Логинова, так это неоднократное упоминание открытого письма спортсменов президенту. Владимир Алексеевич не раз дал понять, что им теперь с этим письмом придётся разбираться, данное письмо будет иметь последствия, я так понял, что спортсменам теперь не поздоровится. Он привёл суммы зарплат, видимо, намекая на то, что они теперь пострадают материально.

После вступительного слова Логинов предоставил возможность вести собрание господину Чарковскому. И Чарковский на протяжении всего первого дня тоже несколько раз напоминал об этой истории, интерпретируя её каждый раз по-разному. Но суть этих интерпретаций сводилась всё время к одному и тому же: что в виду этого «безобразия» от федерации теперь уйдут все спонсоры, в том числе и «Лукойл». Ну, я раз пять выслушал все эти доводы Юрия Анатольевича, не выдержал, попросил слова. Говорю: «Господин Чарковский, перестаньте запугивать людей! Тренерский совет и так сидит, никто ни слова не говорит, люди боятся. Никуда «Лукойл» не уйдёт».

Дело в том, что лыжные гонки - это стратегический вид спорта, это государственная политика, направленная на завоевание лидирующих позиций, если мы хотим в Сочи-2014 побеждать. И никакой «Лукойл» в этой ситуации просто так никуда не уйдёт. А если произойдёт смена руководства в федерации, а она должна произойти, я надеюсь, что никаких скандалов больше не будет, и не нужно будет писать никакие письма президенту.

- Но как вы на это решились? Вас, может быть, даже в зал не пустили бы, а вы не только в зал попали, но ещё и решились что-то сказать с трибуны …

- Просто меня это запугивание, если честно, очень неприятно удивило. Ну зачем пугать народ? Они и так уже все пуганые-перепуганные. Весь тренерский совет прошёл практически молча. Чуть более активными люди стали только тогда, когда обсуждались кандидатуры в сборную команду страны.

- То есть тренерский совет, как всегда, отмолчался?

- Совершенно верно. Вы знаете, взять хотя бы даже отчёты тренеров сборных команд страны: более позорных отчётов за всю мою бытность тренером – в детских спортивных школах, различных сборных командах – я не ви-ды-вал! Это какая-то абсолютно фантастическая, страшная картина и… Полное безмолвие зала! Могу привести, например, слова бывшего старшего тренера женской сборной России господина Смирнова, они у меня даже записаны: «Работа проведена большая, объём выполнен приличный, форма спортсменов – хорошая, выступление – достаточно хорошее, результат – неплохой». Ну, такой отчёт о чём-то говорит? Любой отчёт предполагает анализ ошибок, чтобы следующие тренеры не повторили эти ошибки. Где это мы видим в данном отчёте?

Возьмём, например, выступление господина Седова, руководившего в этом году экспериментальной группой «Сочи-2014». Теперь он будет руководить женской сборной. Из его уст тоже прозвучало немало интересных мыслей. Ну, например: «В этом сезоне использовалась новая методика, которая отличалась от старой». Я попросил объяснить, чем отличается новая методика от старой – не получил ни одного разъяснения. Но когда г-н Седов сказал, что интенсивность регистрирует по потреблению кислорода по приборам «Гармин», вы знаете… Хорошо, что я сидел. Более удивительных вещей я за всю свою карьеру тренера не слышал. Когда ему задали вопрос, какова всё-таки интенсивность вашей работы, он ответил: 45 – 50 процентов от общего объёма работы. Я снова попытался выяснить, уже во второй раз, что такое, по мнению Николая Евгеньевича, интенсивность. Но когда человек стал говорить, что это, если перевести на ЧСС, порядка 70-75 процентов от пульса МПК… Вообще-то, 70-75 процентов - это уровень первой границы второй зоны существующих интенсивностей. То есть он продемонстрировал полнейшее незнание вопроса.

- Может быть, он не понял ваш вопрос?

- Да нет, пытались ему объяснить, но как-то он… По-моему, он просто не знает, что такое интенсивность. Но тренеров это не волнует! Всё нормально! Молодые тренеры, я смотрю, быстро-быстро строчили у себя в блокнотах что-то там про эти 45 процентов. Они, видимо, решили, что это развивающие зоны. Вот они сейчас начнут творить по этим лекалам, и я думаю, через небольшой промежуток времени и от остатков нашей сборной ничего не останется.

Я попросил господина Чарковского как главного тренера оценить ситуацию. Он сказал: «Седов плохо говорит, но очень хорошо работает». Я говорю: «Чарковский, вот объясни мне: я хорошо говорю, но я очень плохо, судя по оценке федерации, работаю. Но я хочу хорошо работать. Объясни, как мне эти слова Седова интерпретировать?» Ответом было: «Критерием оценки будет результат». Всё!

Вот скажите мне: экспериментальная группа, которую возглавил в прошлом году Седов, была своей работой направлена на 2014 год. Теперь он назначен на женскую сборную старшим тренером. То есть прошло меньше года, и эксперимент закончился? Мы теперь новых людей набирать будем, новый эксперимент ставить? Но, как я понимаю, эксперимент этого года проводился по определенной методике, если она только существовала. Почему нам не расскажут об этой методике, о результатах этой работы? Человек стоит на трибуне и, судорожно вращая в воздухе списками людей, которые, как я понимаю, подготовил для него господин Чарковский, пытается создать команду.

Вообще, у меня сложилось впечатление, что тренерский совет абсолютно не готов к какой бы то ни было плодотворной работе. Начиная от оценки отчётов тренеров, и заканчивая вопросами формирования команд. Если по трём-четырём-пяти кандидатурам более-менее всё было понятно, то все предлагавшиеся оставшиеся кандидатуры ни по какому рейтингу или принципам отбора не проходили. Чарковский это прокомментировал так: нам нужна молодежь, мы готовимся к 2014 году.

Знаете, тут вспомнилась любопытная деталь: все тренеры сборных, как один, назвали очень много причин наших неудач в Ванкувере, но смысл всех высказываний был примерно один и тот же. Например, говорили о болезнях. Или горной подготовке. Или психологической неуверенности. Или смазке. Договорились до того, что Красногорская гонка, оказывается, мешает их подготовке. Но ни один тренер не признался в каких-то своих ошибках или просчётах. То есть, короче говоря, сборной у нас руководят в высшей степени профессионалы, вот только понос да золотуха – и всё на нашу многострадальную команду.

- А кто предложил эти кандидатуры тренеров? Кто-то из зала? Или Логинов и Чарковский?

- Они уже были напечатаны на бумаге, никто ничего другого не предлагал - думаю, это исходило от администрации федерации. Но, я думаю, все тренеры, получив эти списки на руки, поняли, что любое вольнодумство по этому вопросу может обернуться какими-то не очень хорошими для них вещами. То есть этот тренерских совет проходил в «лучших» (в кавычках, естественно) видах и формах прежних времен. Я увидел, что там никаких абсолютно изменений нет, бал правят всё те же самые люди. А призывы руководителей нашего государства о том, что в спорт должны вернуться профессионалы, что должно быть обсуждение, что нужно вернуться к кадрам, в ФЛГР, по-видимому, остались без ответа.

Кстати, прозвучало предложение Раменского: в связи с тем, что предлагается создать несколько команд, давайте привлечём к подготовке сборной, например, того же Воронина. Но как-то на фамилии «Воронин» вопрос заглох и больше уже не поднимался. То есть руководители федерации, как я понимаю, были больше обеспокоены подбором удобных для них кадров. Видимо, это веяние сейчас будет распространяться и на президента ФЛГР, если сверху никто не вмешается. То есть была избрана многоходовая комбинация, при которой они при небольших передвижках останутся в своих креслах и сохранят своё влияние на работу федерации.

Потом я, честно скажу, не выдержал и ушёл, и там дальше происходило выдвижение на должность главного тренера. Прозвучали, как мне сказали, кандидатуры Кубеева, Крянина, Чарковского. Но, понимаете, какая штука, существуют, будем так говорить, определенные функциональные обязанности главного тренера. И когда на главного тренера снова выдвигают кандидатуру Чарковского, когда на главного тренера выдвигают Крянина, который никогда не работал со сборными командами… Может быть, Сергею надо было предложить для начала поработать с какой-то командой – например, молодежной, юниорской, потом со взрослой, а потом уже предлагать должность главного тренера сборной?

В общем, выдвижение вышеперечисленных кандидатур меня и озадачило, и позабавило одновременно. Как отреагирует на это ЦСП и Министерство спорта? Штука ведь ещё и в том, что главным тренером может быть назначен только тот человек, который отработал старшим тренером какой-то сборной не менее пяти лет, если я не ошибаюсь. То есть и этот принцип нарушаем?

- А какова дальнейшая судьба бывших старших тренеров сборных России – Юрия Бородавко и Виктора Смирнова?

- Перевозчиков рассматривает вопрос о возможности привлечения Виктора Смирнова вторым тренером, а Бородавко оставили тренером сборной с одним спортсменом – Легковым. Ввиду того, что Легков является одним из лидеров команды и сам изъявил желание готовиться с Бородавко – так всем объяснили. Но я думаю, что Юрию Бородавко «подвесят» ещё двух-трёх человек, которые через два-три года опять-таки от него сбегут.

Я вот, знаете, думаю: почему никто из членов тренерского совета не озадачился вопросом: Бородавко на протяжении стольких лет – Саппоро-07, Либерец-09, Ванкувер-10 – полностью проваливал подготовку сборной. Я уже не считаю несколько неэтичных моментов, связанных с такими людьми, как Ширяев, в какой-то степени - Панкратов, в какой-то степени - Дементьев. Есть и другие моменты, но даже истории с этими людьми никем не учитываются! А господин Бородавко продолжает творить чудеса: просит ему ещё раз дать возможность «положить» ещё одно поколение российских спортсменов. На тренерском совете прозвучало лишь одно предложение: Юрий Викторович, ну имейте вы совесть, как говорится - уйдите в отставку. Вы останетесь тренером, есть возможность работать с молодежной командой, но от главной команды сделайте шаг в сторону, сколько ж можно? Но он отказался сделать этот шаг в сторону и, как я понимаю, Юрий Викторович крепко сидит на своём месте.

- Скажите, пожалуйста, а каков вообще смысл этого тренерского совета, да и последовавшего за ним заседания президиума ФЛГР, если пока не появился новый руководитель федерации? Понятно же, что как только придёт новый руководитель, он будет создавать свою команду, будет расставлять людей, и тренеров в том числе, в соответствии со своим видением процесса?

- Я задал залу и этот вопрос. И не только я – его задал и Раменский. Естественно, придёт новое руководство. Существующий президиум, по сути, не может ничего утверждать, он может только принимать к сведению, потому что утверждать всё будут новый президиум и новая конференция. Видимо, нынешние руководители федерации хотят сработать на опережение, хотят быстренько положить утверждённые тренерским советом и президиумом ФЛГР списки сборных и тренеров в Министерство спорта. Вдруг какие-то кандидатуры из числа предложенных пройдут? Может быть, тогда и им удастся сохранить за собой определенные места? И, судя по тому, как ведёт себя тренерский совет, а точнее, не ведёт себя никак, я думаю – а вдруг у них прокатит этот номер?

- Недели три назад мы брали у вас интервью, просили назвать лучшую с вашей точки зрения кандидатуру на должность президента ФЛГР. За эти три недели что-то в ваших взглядах изменилось?

- Мне не хотелось бы сейчас высказываться публично на эту тему по самым разным причинам. Смотрите, прошёл Ванкувер, все пошумели, спустили пар и… Тишина, ноль! Господин Логинов в своём вступительном слове поделился тут откровением: теперь любой человек, желающий подать свою кандидатуру на должность президента ФЛГР, обязан будет свою кандидатуру согласовывать с Жуковым. Представляете? Но это же общественная организация, любой гражданин может выдвинуть себя в президенты ФЛГР на предстоящих выборах. Даже я могу подать свою кандидатуру, зарегистрироваться в качестве кандидата и выступить со своей программой. Зачем вы людей пугаете? У нас народ и так перепуган – все перепуганы: а вдруг Чарковский лишние трусы не даст? А беспокоиться о том, чтобы ситуация в российских лыжных гонках с мертвой точки сдвинулась? Конечно, каждый представитель регионов беспокоится о том, чтобы внедрить своих спортсменов сборную команду страны, и это правильно, это их персональная работа. Вопросы, скажем так, федерального, всероссийского уровня их, к сожалению, не волнуют. Поэтому всё протекает в старом, хорошо известном нам ключе – представители регионов молчат, а руководители от их имени вершат свои делишки. Никаких изменений даже после Ванкувера, даже после призыва правительства и Президента, даже после попыток что-то изменить – никаких изменений в головах этих людей я не наблюдаю.

* * *

Ещё почитать на эту тему:
Николай АНИКИН: «…Думаю, с людьми, от которых напрямую зависит твоя судьба, президенту ФЛГР следует строить общение в более уважительных тонах…».