Николай Зимирев: «Я не готов отказаться от своей работы, в которую я вкладывал душу»

Добрый день, уважаемые читатели! 5 июня на сайте журнала «Лыжный спорт» было опубликовано интервью со старшим тренером спринтерской сборной команды страны по лыжным гонкам Ю.М. Каминским "Тренер, не владеющий физиологией своих методик, опасен для спортсмена". Так как эта статья касается меня лично и лаборатории спортивной подготовки «MaxLab», где я являюсь генеральным директором и одним из основателей компании, возникла необходимость разъяснить положения, выдвинутые Юрием Михайловичем.

Начнем по порядку. По поводу нашей статьи «Особенности подготовки лыжников-гонщиков в переходном периоде подготовки».

Данная статья не претендует на какую-то законченную методику, которую хотят увидеть многие читатели; научную статью, которая выполнена в соответствии с требованиями ГОСТа или универсальный тренировочный план, так как она ограничена размерами и многогранностью затронутого вопроса, который попросту не может поместиться в формате одной статьи. Нашей задачей было показать, на какие методы и режимы аэробной и силовой подготовки, по нашим данным, следует обратить внимание лыжникам-гонщикам в переходном периоде подготовки, для того, чтобы опорно-двигательный аппарат, функциональные системы организма подготовить к выполнению развивающих нагрузок в подготовительном периоде подготовки. Подробное описание каждого вида тренировки, тактика распределения тренировочных нагрузок с полноценным физиологическим обоснованием требует как минимум отдельной статьи на каждую тему. Данные вопросы мы планируем освещать в дальнейшем и публиковать материалы, в том числе, на сайте Skisport.


Приведу некоторые моменты из интервью Юрия Михайловича относительно моей работы: «Николай появился в нашей команде в подготовительный период в 2012 году не как специалист по силовой подготовке, а как сотрудник ЦСП сборных команд России, занимающийся сбором информации по тренировочной и соревновательной деятельности. И запомнился мне как раз недостатком фундаментального образования в методике спорта высших достижений. Он постоянно смешивал понятия, термины, методы… Что мы и видим в этой публикации».

Поясню заявленные моменты. В сборных командах России я начал работать с февраля 2012 года в качестве сотрудника КНГ в дистанционной сборной команде России по лыжным гонкам, где я занимался сбором информации о тренировочной и соревновательной деятельности. На предпоследнем этапе Кубка мира в Осло в марте 2012 года я провел двухчасовой семинар на тему: «Физиологические реакции и морфологические перестройки краткосрочной и долговременной адаптации в ответ на физические нагрузки». После семинара мы с тренерами, а в большей части с Ю.М. Каминским долго обсуждали различные моменты этого семинара. Юрий Михайлович показывал искренний интерес к науке, к использованию научных достижений в оптимизации тренировочного процесса, готовность совершенствовать тренировочный процесс, даже такой на тот момент титулованной сборной. После завершения сезона, на следующий подготовительный период, Ю.М. Каминский пригласил меня к себе в сборную, и я с удовольствием принял приглашение. В сборной с первого дня занимался сбором и обработкой данных о соревновательных и тренировочных нагрузках спортсменов плюс к этому (так как я достаточно хорошо владел в том числе и теорией и методикой силовой подготовки), мне доверили планировать и проводить тренировочные занятия по силовой подготовке. Наиболее любопытным читателям скажу, что туда входило при планировании: режимы силовой тренировки, количество повторений в подходе, количество подходов, серий, степень утомления в подходах. Накануне выполнения силовых тренировок я приносил Юрию Михайловичу и Михаилу Толгатовичу план тренировки, разъяснял каждое упражнение и последовательность упражнений с точки зрения спортивной физиологии и морфологии, мы эту тренировку утверждали, и далее я ее проводил. Не помню ни одного случая, чтобы мы ее как-то существенно видоизменили от намеченного заранее плана.

Также в процессе своей работы я высказывал мнение и по содержанию некоторых тренировок, которые проводила команда, их сочетаниям, говорил свое видение с физиологических позиций. К примеру, показывал преимущества (в команде мы прозвали их жимовыми тренировками) тренировок, которые с точки зрения спортивной науки увеличивают количество миофибрилярных митохондрий гликолитических мышечных волокон, говоря на педагогическом языке – силовую выносливость. Суть таких тренировок заключалась в выполнении движений с большой силой сокращения мышц, но при этом низкой скорости сокращения, низким темпом движений. Мы тем самым снижаем среднюю мощность работы и отставляем по времени наступление закисления мышц, давая гликолитическим мышечным волокнам большее время непрерывной работы. А функциональные возможности гликолитических мышечных волокон очень важны для лыжного спринта, где работа идет не на анаэробном пороге, а, даже, выше уровня МПК (здесь я не беру варианты, когда играют в «кошки-мышки»). Пример такого упражнения: передвижение в крутой подъем в течение 40-50 сек одновременным бесшажным ходом с низким темпом, низкой скоростью сокращения мышц (данное обстоятельство обусловлено исключительно рельефом), но большим усилием, полноценным проталкиванием плечевым поясом и туловищем.

И напротив, я утверждал, что частая скоростная работа с короткими отрезками, с максимальной интенсивностью приводит к снижению скоростно-силовой выносливости за счет регулярного закисления мышц. Мы неоднократно это отмечали не только в педагогических наблюдениях, но и в четко поставленных лабораторных экспериментах на высококвалифицированных спортсменах. Она очень эффективна, но при условии, что к ней нужно подводиться определенными тренировками, в том числе, как я упомянул выше, так называемыми «жимовыми тренировками», которые в общепринятой терминологии называются - аэробными силовыми.

У нас была неоднозначная позиция с сотрудниками ЦСП по вопросу, как увеличивать производительность сердечно-сосудистой системы лыжников-спринтеров высокого уровня подготовленности. Дискуссия возникла на одном из этапов Кубка мира в Канаде. Сотрудники ЦСП утверждали, что производительность сердечно-сосудистой системы нужно увеличивать за счет длительных низкоинтенсивных тренировок. Но за год до моей работы в сборной команде, мы провели строго поставленные научные эксперименты и показали, что производительность сердечно-сосудистой системы можно увеличивать не только за счет длительных низкоинтенсивных тренировок, но и за счет увеличения аэробных возможностей мышц, благодаря чему мышцы на соревновательной скорости лучше прокачивают через себя кровь и обеспечивают больший венозный возврат крови к сердцу. Учитывая, на каких мощностях и пульсовых значениях проходит спринтерская гонка на лыжах – данный вариант считаем более целесообразным.


Юрий Михайлович относительно меня в интервью отмечает: «Запомнился мне как раз недостатком фундаментального образования в методике спорта высших достижений. Он постоянно смешивал понятия, термины, методы...» Кроме того, в этом же контексте утверждение Юрия Михайловича "Тренер, не владеющий физиологией своих методик, опасен для спортсмена". По этому поводу заявляю жестко, но справедливо – это клевета и провокация, не имеющая обоснования – разъясню почему.

У меня профильное образование по физической культуре и спорту: Санкт-Петербургский государственный национальный университет физической культуры им. П.Ф. Лесгафта. Я закончил тренерский факультет на кафедре лыжного спорта, имею диплом с отличием, был признан лучшим выпускником 2005 года. У нашей группы был куратор Гаврил Борисович Чукардин, где даже «двоечник» наизусть знал не только названия лыжных ходов и все фазы (не переходя на личности, но многие тренеры, к сожалению, даже этим похвастаться не могут), но и методику обучения и тренировки, начиная от начального этапа подготовки и до спорта высших достижений, четко знал понятийный аппарат, средства и методы тренировки, как тренировки отражаются на физиологических реакциях и морфологических перестройках, возрастную физиологию. По-другому, у Гаврил Борисовича просто не выйдешь с дипломом из университета. Я, в свою очередь, очень благодарен многим преподавателям университета им. П.Ф. Лесгафта, отдельное спасибо Гаврил Борисовичу – качественное базовое образование позволяет гораздо лучше ориентироваться в современных научных разработках и решать научные вопросы.

Если неграмотность была выявлена не в педагогике, то возможно Юрий Михайлович имел в виду путаницу в физиологии, морфологии? Начиная со второго курса университета П.Ф. Лесгафта, я участвовал в научной работе кафедры физиологии, регулярно выступал на научных конференциях различного уровня, с третьего по пятый курсы университета за активную научную работу мне присваивались именные стипендии выдающихся ученых Д.П. Ионова, П.Ф. Лесгафта. Далее, спортивную физиологию, физиологическое обоснование тренировочного процесса я продолжил изучать в аспирантуре под руководством профессора В.Н. Селуянова, куда он меня пригласил из Санкт-Петербурга на одной из научных международных конференций. Согласитесь, после такого длительного, погруженного и интересного обучения нужно быть «полным дураком», чтобы в этом путаться. И еще один момент, если бы у меня был недостаточный уровень квалификации, вряд ли бы Вы, Юрий Михайлович, просили меня проводить семинары для тренеров региональных сборных России, например - в период проведения Кубка Восточной Европы в поселке Вершина Теи.



По поводу размещения фото и описания на нашем сайте. Мы указывали, только то, что было сделано. На нашем сайте в общем разделе под названием «Наши спортсмены» четко указано, что принимали участие в научно-методическом обеспечении, планировании и реализация силовой подготовки. С этим сложно спорить. Мы это и указали. То, что в 2013 году команда завоевала 2 золотых медали, мы отразили на сайте, написали как факт, и нигде не было утверждения ни в устном, ни в письменном виде, что благодаря нам, тем более – «только» нам. В подготовке участвовали специалисты различных областей, я принимал участие, но свой вклад я никак не оценивал, только указал наличие данного факта. И я считаю, что имею право данную работу показывать на нашем сайте: почему я должен отказываться от своей проделанной работы, в которую я вкладывал свою душу? Можно относиться к этому как угодно: пиар, реклама, но это факт, работа была. Еще раз повторю, мы нигде не писали и не говорили, что спринтерская сборная РФ тренировалась по нашим программам, которые мы выдавали тренерам. Мы написали то, что было на самом деле: научно-методическое обеспечение, планирование и реализация силовой подготовки.

Я тоже достаточно честолюбивый и не готов отказаться от своей работы. Более того, через наш сайт мы оказываем качественные услуги, и это не просто «зарабатывание денег». В лаборатории «MaxLab» не последнее место занимает социальная функция, направленная на то, чтобы спортсмены повышали уровень своего образования, что будет помогать им эффективнее тренироваться без негативных последствий и перегрузок. Этому способствуют и наши статьи, и многое, над чем мы сейчас работаем, что в будущем будет у нас на сайте, будет в открытом доступе, бесплатно. При этом, когда спортсмены будут приобретать программы тренировок – они не будут «подсажены» на своего рода «иглу». В наших программах, также заложена образовательная функция, и спустя некоторое время спортсмены сами будут способны узнать себя лучше с физиологической стороны и уже самостоятельно разработать качественную программу тренировок.

По поводу листовок в спортшколах. На двух марафонах: «Росавтобанк», который в этом году проходил в поселке Головино Московской области, и «Праздник Севера» в городе Мурманск мы подготовили буклеты и с разрешения организаторов соревнований раздавали участникам. Для чего? Чтобы спортсмены о нас узнали, чтобы читали полезную информацию, если у них возникнет желание и потребность – заказывали программу тренировок. Мы искренне считаем, что у нас большой научный и педагогический потенциал, и хотим, чтобы наши знания были доступны широкой аудитории. После марафона в Головино небольшое количество буклетов мы оставили в спортивном клубе «Истина», чтобы спортсмены, тренеры, кто будет приезжать в Головино на учебно-тренировочные сборы, узнали о нас. Целенаправленно программы тренировок в ДЮСШ мы не предлагали. Не предлагали только потому, что они рассчитаны на самостоятельную осознанную работу, детям в силу их возраста сложно будет их осмыслить, а у тренеров ДЮСШ, как правило, свои подходы к тренировочному процессу. Можем ли мы в принципе работать с детьми, качественно и продуктивно? Юрий Михайлович, отвечаю публично на Ваш, по Вашему же мнению наиболее волнующий вопрос: «Можем». Есть ли у меня на это лицензия (вы спрашивали по телефону)? Еще раз повторю. Лицензию мне выдало государство в виде диплома с отличием одного из ведущих профильных ВУЗов в области физической культуры и спорта нашей страны. А после этого была аспирантура, плотная, интересная и продуктивная научная и педагогическая деятельность. В этих вопросах я не очень осведомлен, но, скорее всего, лицензию на педагогическую деятельность в качестве тренера нужно получать гражданам, не имеющим профильного образования, но мое глубокое убеждение, что никакие курсы тренеров не заменят полноценного академического образования. Это хорошая база, которая позволяет «трезво» ориентироваться в спортивной сфере, анализировать и систематизировать научные разработки, чтобы не было путаницы, в которой Юрий Михайлович пытается меня обвинить. Чем принципиально различается работа с детьми от работы со взрослыми спортсменами: учет возрастных особенностей, синсетивных периодов (наиболее благоприятных периодов для развития определенных физических качеств), учет физиологических реакций и морфологических перестроек на физическую нагрузку с учетом возрастной физиологии.


Далее перейдем к вопросам по нашей предыдущей статье, которые Юрий Михайлович попросил разъяснить.

Юрий Михайлович: «На мой взгляд, работа на уровне ПАНО в переходном периоде у них не совсем обоснована. По крайней мере, мы в этот период используем работу только в первой-второй зонах».

Николай Зимирев: ПАНО – порог анаэробного обмена. По этому поводу 2 момента в нашей статье:

1-й момент: «Следующий важный момент, который нужно учитывать – даже при небольшом объеме аэробной работы нельзя допускать сильного и/или длительного закисления мышц (работы на высоких скоростях, на мощности между аэробным и анаэробным порогом и, тем более, свыше анаэробного порога), а также жестких скоростно-силовых тренировок с сильным закислением мышц.»

2-й момент: «Аэробные тренировки на данном этапе рекомендуется проводить на мощности аэробного порога или чуть ниже, чтобы не допускать закисления мышц».

Напомню: аэробный порог связан с «включением» в работу всех окислительных мышечных волокон и связан с началом выделения молочной кислоты, вследствие того, что в промежуточных мышечных волокнах недостаточная концентрация митохондрий, а энергия для мышечных сокращений – нужна. Поэтому в указанных мышцах параллельно с аэробным гликолизом в митохондриях с образованием конечных продуктов – углекислого газа и воды, в цитоплазме мышечных клеток идет анаэробный гликолиз с образованием молочной кислоты. Мощность аэробного порога соответствует 2 зоне из 5 (Эта шкала наиболее популярна в последние годы). Анаэробный порог – это тот предельный баланс между накоплением молочной кислоты и утилизацией митохондриями мышц, сердечной и дыхательными мышцами, буферными системами крови. ЧСС анаэробного порога в конкретном упражнении (ЧСС бега и передвижения, к примеру, на велосипеде могут существенно отличаться) соответствует 4 из 5 зоне интенсивности.

Аэробный порог – это не ПАНО, ПАНО - это анаэробный порог. Поэтому мы и предлагали в данном случае нагрузки в 1-й, максимум во 2-й зоне интенсивности.

Юрий Михайлович: «Мне кажется, авторы слишком увлекаются эксцентрическим режимом. Откуда такие данные? Мы действительно использовали ходьбу с крутой горы в Бельмекене. Но не специально, а в силу необходимости: со снежного плато нужно как-то спуститься после лыжной тренировки. Действительно получили после этого небольшой прирост силовых качеств. Но нет доказательств тому, что это произошло только благодаря этой ходьбе». «В комментариях к статье Андрея Лаптева читаем: «Тот факт, что спортсмены спринтерской команды России по лыжным гонкам применяют «ходьбу вниз с горы» является лучшим эмпирическим подтверждениям целесообразности данного упражнения. Я думаю, вы согласитесь, что спортсмены и тренеры такого высокого уровня не стали бы применять упражнение с «сомнительной» эффективностью». Наверное, слишком ограниченная выборка, чтобы выдавать такое утверждение. Смотрите предыдущий пункт».

Николай Зимирев. Мы рекомендуем обратить внимание на эксцентрические упражнения особенно в переходном периоде подготовки, для того чтобы укрепить опорно-двигательный аппарат, особенно связки и мышцы коленного, голеностопного сустава, поясничного отдела позвоночного столба. К примеру, в европейских странах существуют целые медицинские центры, которые занимаются реабилитацией опорно-двигательного аппарата преимущественно за счет эксцентрических упражнений. В России, насколько мне известно, эффективно реабилитацией с использованием эксцентрических упражнений занимается в своем реабилитационном центре Евгений Кадлубинский.

На первом сборе на Бельмекене в мае 2012 года, когда мы обсуждали эксцентрические упражнения, Михаил Толгатович Девятьяров привел свои педагогические наблюдения. Дословно повторить не получится, но смысл такой: «С тех пор как стали первый сбор после отдыха проводить в горах, поднимаясь и спускаясь с горы, количество травм, микронадрывов, болей в коленных суставах в августе–сентябре месяце, когда широко используются такие средства подготовки как прыжки и прыжковая имитация - резко сократилось».

Юрий Михайлович. В обсуждениях Н.Зимирев заявляет, что силовые тренировки, выполняемые в режиме «не до отказа от работы», таковыми не являются. Например, у меня есть сведения доктора биологических наук А.В.Воронова, который сотрудничает с нашей командой более четырех лет, что в конькобежном спорте проводились исследования по развитию силовых качеств через максимальную мощность и максимальную силу. Прирост в силовых показателях при работе этими двумя методами оказался одинаковым. Нужна ли нам обязательная гипертрофия мышечного волокна? Ни приведет ли это к формированию штангистов на лыжах? А мне приходилось тренировать таких ребят. До мировых подиумов они не добегали.

Николай Зимирев. По поводу силовых тренировок. В предыдущей статье мы указывали, до каких ощущений должны выполняться силовые упражнения в данном периоде подготовки. Но в классическом понимании основные подходы в силовой тренировке, направленные на увеличение силовых возможностей должны выполняться «до отказа». Почему «до отказа»? 1. наибольший физиологический стресс – больше анаболических гормонов выбрасывается в кровь; 2. Больше свободного Кр, в результате более полного исчерпания креатинфосфата; 3. Больше ионов водорода в результате более сильного, но кратковременного закисления. 4. Полный пул аминокислот в клетку – связан со сбалансированным питанием.

Вышеуказанные биохимические вещества являются факторами увеличения миофибрилл мышц (А.А. Виру). Силовые возможности можно увеличивать без увеличения мышечной массы за счет улучшения нервно-мышечной регуляции (мы говорили об этом в обсуждении предыдущей статьи). Что выбирать или как сочетать различные режимы – нужно отталкиваться от конкретных обстоятельств, данных конкретного спортсмена. Силовое упражнение не до отказа, по сути дела, силовым не является – нет достаточной концентрации биохимических веществ, которые, как четыре вышеприведенных фактора, влияют на увеличение силовых возможностей. Приведу пример из собственно жизни. Когда я проходил срочную службу в спецназе ГРУ, после ночной тревоги я коротал остаток ночи, выполняя в упоре лежа на кулаках по всем правилам (чтобы сохранить целостность ребер и печени) отжимания (сослуживцы не дадут соврать) в количестве 500 раз. Как-то, командир другого батальона (про который мы отзывались, что там «детский сад») увидел, что я хожу, «руки в карманах» и заставил меня отжаться 50 раз. Было ли для меня это силовым упражнением? Нет. А вот если бы он заставил сделать 30-40 подходов по 50 раз отжиманий – вот это уже развивающая тренировка, но не на увеличение силы (силовые возможности будут поддерживаться), а на увеличение силовой выносливости. Тогда бы на очередных марш бросках помимо РД, СВД или ВСС с боекомплектом, пара пулеметных лент товарища пулеметчика не сильно затрудняли движение.

Отвечая на вопрос, будут ли именно силовые, а не скоростно-силовые возможности расти в результате выполнения скоростно-силовых упражнений, к примеру, упражнений с максимальной мощностью работы – будут, до определенного предела, и при условии, если развитием силовых возможностей полноценно не занимались. Силовые возможности в таком случае будут увеличиваться за счет улучшения нервно-мышечной регуляции. И еще один момент: увеличение силовых возможностей сказывается не только на увеличении мощности единичного отталкивания, но и на увеличении (при прочих равных условиях) продолжительности работы свыше мощности МПК, что подтверждено экспериментально в лаборатории НИИ спорта РГУФКСМиТ в 2010-2011 годах. По нашим данным, этот момент чрезвычайно важен при выполнении соревновательной деятельности, длительностью до 5-7 мин.

Юрий Михайлович: «Просто поражает способность лаборатории «MaxLab» охватить многие виды спорта, радикально отличающиеся друг от друга по многим параметрам. Интересно, сколько же сотрудников работает в этой лаборатории? Например, в аналитическом управлении ЦСП один сотрудник курирует не более двух смежных видов спорта».

Николай Зимирев. В нашем Университете (РГУФКСМиТ) достаточно высококвалифицированных специалистов, есть кафедры по всем заявленным видам спорта. Кроме того, когда есть знания биологических основ спортивной подготовки, знания особенностей вида спорта (силы, скорости, амплитуды мышечных сокращений, требований к сердечно-сосудистой системе и т.д.), нет сложности разрабатывать эффективные тренировочные программы. Педагогическая практика последних лет это доказала.

Юрий Михайлович. Как я понял, в данной статье изложены принципы тренировки для 18-55-летних. Интересно, а спортшколам вы предлагаете такие же методы?

Николай Зимирев. Ответы на этот вопрос были даны по тексту статьи. Коротко остановлюсь. В предыдущей статье были отражены ключевые моменты подготовки лыжников-гонщиков в переходном периоде, но не последовательная и систематизированная методика подготовки. При работе с детьми (в настоящее время я провожу систематические тренировочные занятия в свободное от основной работы время), мы используем средства и методы в соответствии с возрастной физиологией.

Юрий Михайлович. Предусматривается ли при формировании индивидуальных программ индивидуальный подход? То есть определение текущего физического уровня, состояния здоровья, квалификации спортсмена, уровня культуры силового тренинга (правильность выполнения силовых упражнений, как с точки зрения их эффективности, так и травмоопасности) и т.п.?

Николай Зимирев. Да, конечно! У нас разработаны специальные анкеты, которые учитывают, как мы считаем, практически все ключевые моменты. Анкеты мы апробировали на сотнях спортсменов различной квалификации, сопоставляя результаты лабораторных тестирований в нашей лаборатории, педагогические результаты тренировочной и соревновательной деятельности и субъективные ощущения спортсменов о ключевых моментах соревновательной и тренировочной деятельности. Была проведена большая работа в течении нескольких лет и мы выяснили: субъективные ощущения четко отражают степень восстановления спортсмена, степень закисления мышц, нагрузочность интенсивных отрезков, силовых подходов, нагрузочность тренировки в целом, что согласуется с данными главного научного сотрудника нашей лаборатории доктора педагогических наук, профессора М.М. Богена, который в свое время, еще до активной научной работы подготовил плеяду рекордсменов по легкой атлетике тогда еще Советского Союза. Скоро данные анкеты будут доступны онлайн на нашем сайте. Правильность выполнения упражнений, травмобезопастность - четко прописываются при разработке наших программ тренировок.

Алексей Мазуров (из последнего комментария к нашей статье). Реализация "эффективных" тренировочных программ для удаленного бесконтрольного использования, да еще для спортсменов любого уровня подготовленности, независимо от степени их научной обоснованности (их - т.е. программ) - это самодискредитация и шарлатанство. Чем выше квалификация спортсмена, тем тоньше и сложнее организация тренировочного процесса. Даже на уровне крепкого первого разряда у средних юношей для оптимизации тренировочного процесса с целью достижения максимальной эффективности и устойчивого роста результатов (без форсажа) необходимы ежедневный непосредственный контроль за выполнением тренировочных заданий, уровнем восприятия нагрузки, восстановлением, часто требуется коррекция запланированной работы во время тренировки в зависимости от состояния в данный момент, т.е. всегда необходим опытный наставник! Уже не говорю о других аспектах подготовки - технической, психологической, тактической, повышением уровня мастерства, умения соревноваться и т.д. И вообще, составление любых самых научно обоснованных методических направлений и их эффективное практическое использование - это две огромные разницы, которые пока не сольешь воедино, эффективного результата не добьешься. В этом и состоит искусство тренера, а не в приобретении (или продаже) тех или иных тренировочных "программ".

Николай Зимирев. Можем ли мы дистанционно тренировать? Нужен ли постоянный контроль? Если тренировать «вслепую», не зная физиологических реакций и морфологических перестроек, не зная чего ожидать от тренировки, тренировать на интуитивном уровне, то, конечно, контроль нужен, но, даже он зачастую не спасает от травм и перегрузок. У скольких спортсменов уже в юном возрасте дистрофические изменения в сердце? А если на биологическом уровне понимать, какие физиологические реакции и морфологические перестройки происходят, период восстановления после развивающих тренировок – можно качественно спланировать тренировочный процесс. При этом спортсменам нужно четко следить за самочувствием и субъективными ощущениями (главным образом за мышечными ощущениями), при выполнении развивающих отрезков, подходов, которые четко обозначаются при разрабатывании наших программ тренировок, также не завышать интенсивность восстановительных тренировок. Наш тренировочный процесс, будь то силовая, скоростно-силовая или аэробная тренировка, в конечном итоге, строится вокруг развивающих тренировок, но, чтобы их качественно выполнить, нужно полноценно восстановиться, в том числе за счет тренировочных занятий, от предыдущих развивающих тренировок и подвестись к следующим, с учетом биологических закономерностей адаптации организма к физической нагрузке. Сегодня, буквально за 10 минут до того, как я сел писать данную статью, мне позвонил спортсмен лыжник-марафонец, который первый месяц тренируется по нашим программам. «Николай, большое спасибо за программу тренировок. Я даже не ожидал – она точно написана под меня, я готов, и мне хочется на тренировках выполнять именно то, что написано в программе.» Для меня такие известия, как и любимая девушка вдохновляют на содержательную плодотворную работу и на сегодняшний день: научная и педагогическая деятельность - любимое дело, дело моей жизни.

Автор: Николай Зимирев, Лаборатория спортивной подготовки «MaxLab»