Александр ЕПИШОВ: НЕКОТОРЫЕ РЕШЕНИЯ ПРОШЕДШЕГО ПРЕЗИДИУМА ИДУТ ВРАЗРЕЗ С МОИМИ ПРЕДСТАВЛЕНИЯМИ О ТОМ, КАК ДОЛЖНА СТРОИТЬ СВОЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

ПРОШЛО УЖЕ 10 ДНЕЙ ПОСЛЕ ЗАСЕДАНИЯ ПРЕЗИДИУМА ФЛГР. ПОВЫШЕННЫЙ ИНТЕРЕС К РЕШЕНИЯМ ЭТОГО ПРЕЗИДИУМА ВПОЛНЕ ОБЪЯСНИМ – ЭТО ПЕРВОЕ ПОСЛЕ ОТЧЁТНО-ВЫБОРНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ФЛГР ЗАСЕДАНИЕ ОБНОВЛЁННОГО ПРЕЗИДИУМА, ВОЗГЛАВЛЯЕМОГО НОВЫМ ПРЕЗИДЕНТОМ ФЛГР В.А.ЛОГИНОВЫМ. СВОЁ МНЕНИЕ ОБ ЭТОМ ПРЕЗИДИУМЕ НА САЙТЕ «Л.С.» УЖЕ ВЫСКАЗАЛИ А.А.ГРУШИН И Е.В.ВЯЛЬБЕ. СЕГОДНЯ МЫ ПРЕДОСТАВЛЯЕМ СЛОВО ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТУ ФЛГР ПО СЕВЕРО-ЗАПАДНОМУ ФЕДЕРАЛЬНОМУ ОКРУГУ, ПРЕЗИДЕНТУ ФЛГ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА А.П.ЕПИШОВУ.


«Л.С.»: - На сайте журнала было опубликовано интервью с так и не утверждённым председателем тренерского совета Грушиным, потом, по просьбе читателей, с Еленой Вяльбе, отказавшейся от своих планов 10-дневной давности стать главным тренером сборной. Впереди ещё большое интервью с президентом ФЛГР В.А.Логиновым, а завершить эту тему нам хотелось бы беседой с вами. И, прежде всего - услышать вашу точку зрения относительно того, что же произошло на этом эпохальном президиуме?

А.Е.: - На самом деле, на президиуме был назначен ответственный за общение с прессой. И я рассчитывал, что после заседания президиума где-то появится официальная информация о том, что произошло, какие решения были приняты. Вообще, мне кажется, было бы правильно, если бы на сайте «Л.С.», где все любители лыжных гонок встречаются, общаются, появилась страничка ФЛГР, на которой помещалась бы информация о жизни федерации. Если посмотреть на нашу организацию через призму таких понятий, как создание гражданского общества, правового государства (можно продолжать), то станет понятно, что те, кто даже формально не являются членами федерации – специалисты, тренеры, спортсмены, должны получать информацию о жизни этой организации. Единственным беспристрастным носителем информации является пресса. Есть у нас Исаев, есть Кондрашов, которые уделяют освещению жизни федерации много сил и времени. То, что другие об этом ничего не пишут, это проблема других, и наша проблема. А если эти два человека пишут, дай бог им, как говорится, здоровья и спасибо за то, что они освещают жизнь федерации так, как они освещают. Журналисты всегда освещают те или иные события так, как они их себе видят, и никто не вправе навязывать им своё видение ситуации. Поэтому я считаю полезным, что член президиума высказывается журналистам о том, как проходил президиум, как он сам на это смотрит, я считаю это нормальным.

Теперь по содержанию президиума. Если помните, ещё до конференции мы от имени питерской делегации на сайте «Л.С.» проинформировали общественность о том, как будем работать на конференции, в каком направлении, по нашему мнению, должна развиваться федерация. Это всё было напечатано, и я могу повторить основные тезисы той программы:

1. финансовая прозрачность, то есть сторонний аудит в федерации;
2. передача полномочий от президиума тренерскому совету, чтобы все спортивные вопросы решали специалисты.
3. Создание правового поля ФЛГР. Если помните, на конференции я высказался о том, что наша федерация живет не по правилам, то есть не по уставу, не по закону. Если мы говорим, что устав, правовые нормы для нас не важны, а важны медали, то это один подход. Если такова точка зрения большинства, то мне не место в этой организации. Если же мы собираемся строить деятельность федерации в правовом поле, если мы собираемся не только бороться за медали, но и развивать спорт в регионах, то это уже совершенно другой подход.

Вообще, общественные организации – это чрезвычайно важный институт с точки зрения формирования гражданского общества. Неправительственные организации во всём мире очень развиты, они решают глобальные задачи, они являются проводниками между правительством, бизнесом, другими структурами, и поэтому эти организации должны в первую очередь находиться в правовом поле. Кроме того, ни для кого не секрет, что федерация, принимая те или иные решения, влияет на распределение бюджетных средств. Собственно, через призму таких представлений я рассматриваю и своё участие в работе федерации, президиума.

Так вот, если говорить о заседании последнего президиума, то я охарактеризовал бы то, что там произошло, как отражение того, что мы вообще имеем сегодня в федерации. Очень многие наши коллеги, товарищи в Интернете пишут: ах, какой президент, ах, какая плохая федерация, законы не соблюдаются. Критика должна быть конструктивной.
Уважаемые коллеги, - идите в свои областные федерации, предлагайте свои кандидатуры, приезжайте в Москву на конференцию в качестве делегатов от своей федерации, выбирайте тех, кого вы считаете наиболее достойными, голосуйте за них. А потом постарайтесь организовать конференцию так, чтобы она не затягивалась на 10 часов, когда люди уже больше думают о бутербродах, чем о нормах Устава.

Почему я в этом президиуме? Да потому, что я рассчитываю, что мои доводы, аргументы найдут понимание у других членов президиума. Ведь, по сути, это очень опасная тенденция, когда мы с самого первого заседания начинаем пренебрегать уставом…

«Л.С.»: - А в чём это выразилось?

А.Е.: - Я, например, не знаю, существует ли в природе протокол отчётно-выборной конференции. Вообще, очень важно, чтобы общественность знала: прошла конференция ФЛГР – вот протокол. Прошло заседание президиума ФЛГР – вот протокол. Люди должны быть проинформированы. Общественная организация должна работать на принципах открытости, самоуправления. Так вот, насколько я понимаю, на конференции избрали членов президиума: десять вице-президентов и несколько членов президиума – может быть, человек пять или шесть – точно не помню, но, по крайней мере, не 30 человек. На президиуме же вдруг начинает звучать такая линия: есть несколько уважаемых людей, про которых мы на конференции просто забыли, давайте их сделаем тоже членами президиума. Дескать, мы про них в спешке забыли, но всё равно же за них все проголосовали бы! Я согласен – люди уважаемые. Да, за них наверняка проголосовали бы. Но раз мы так провели конференцию, раз мы их не избрали, мы никак не можем вот так заочно приглашать их в члены президиума. Я предлагал: давайте, чтобы не было какого-то правового казуса, не будем нарушать устав, сделаем их почётными членами президиума, с совещательным голосом, как-то выйдем из этой ситуации. Ну, тут раздалась реплика - мы и с таким уставом выигрывали медали. В этом вся проблема! Ну, и дальше уже всё остальное – то же самое. Понимаете, у нас по уставу вице-президент автоматически является членом исполкома. Сейчас на самом деле всё по-другому. Например, по уставу президент распределяет обязанности, а мы их почему-то на президиуме распределили. По уставу исполком – это орган, который исполняет решения президиума, а у нас всё получается наоборот – у нас президиум посидел, а все решения отданы исполкому на принятие.

Знаете, это опасно очень, потому что завтра могут прийти, предположим, Исаев и Кондрашов и сказать: господа, все ваши решения не легитимны, потому что там, в президиуме, заседают члены, которые не избраны конференцией, мы можем на вас в суд подать, и пошло-поехало! А нам это надо? Я вообще считаю, что президиум в своей деятельности, при принятии тех или иных решений должен не в самую последнюю очередь руководствоваться ещё и соображениями: а как эту информацию воспримут общественность, пресса? Можно, конечно, говорить: да я на этот сайт не заглядываю! Да ради бога, не заглядывайте! Но на этом сайте сегодня формируется общественное мнение, хотите вы этого или нет. На этом сайте сегодня подавляющее большинство – это сторонники Исаева и Кондрашова. Если есть другое мнение, если есть другая аргументация, приходите, высказывайтесь, сайт открыт для всех. Но надо общаться открыто.

Я вот сейчас говорю с вами открыто совершенно, а почему? Да потому что мне нечего стесняться: я говорил об этом до конференции, на конференции, о том же говорю и сейчас. Более того, накануне конференции я призывал своих коллег: давайте принимать решения более взвешенно, решения, которые не могли бы потом оспорить и наши оппоненты. Именно поэтому я считаю, что некоторые решения прошедшего президиума идут вразрез с моими представлениями о том, как должна строить свою деятельность общественная организация. Тем более, что у нас такая репутация – и допинговые скандалы, и суды, мы наоборот должны сейчас очень ответственно подходить к этому.

«Л.С.»: - Александр Павлович, мне как журналисту весьма интересен вопрос о том, действительно ли на президиуме поднимался вопрос о запрете членам президиума давать интервью представителям прессы. Каковы были итоги голосования по этому вопросу?

А.Е.: - Да я считаю, что было бы абсурдно принимать такие решения.
И такой вопрос на голосование не ставили.

«Л.С.»: - Но предложение-то всё-таки такое было озвучено?

А.Е.: - Было. Но это было скорее не предложение, а озвученная мысль.
Звучало приблизительно так: нам надо научиться вырабатывать единую позицию, надо освещать заседания президиума только с позитивной точки зрения. На что я лично сказал: уважаемые коллеги, никто не может мне запретить высказать свою точку зрения в любых средствах массовой информации по любому поводу, в том числе и по поводу президиума ФЛГР.

«Л.С.»: - И что, голосование состоялось по этому вопросу?

А.Е.: - Нет. Со мной просто согласились: да, Александр Павлович, вы имеете право высказываться без ограничений.

Я хочу сказать, что я сразу на президиуме сказал: не надо давать оценку моим высказываниям, хорошие они или плохие. Они вот такие. Плюрализм мнений должен существовать. Хорошо, когда в президиуме есть разные мнения. У нас в президиуме может быть конфликт понятий, конфликт концепций, но не конфликт людей. Я могу уважительно относиться к президенту, даже если его высказывания не сходятся с моими. Значит, у него есть какие-то свои представления по тому или иному вопросу, отличные от моих. Но это не значит, что из этого надо раздувать какой-то костёр. Это нормально.

«Л.С.»: - Вы сказали такую фразу: что вы не чувствуете себя компетентным в области тренерских вопросов, в области подготовки сборных команд, и что, наверное, правильно, если этим будут заниматься специалисты. Как вы считаете, правильна ли сама по себе ситуация, когда те или иные решения тренерского совета, касающиеся тренировочного процесса, утверждает президиум? Я плавно перевожу наш разговор к ситуации, когда президиум ФЛГР не утвердил председателя тренерского совета, избранного этим тренерским советом.

А.Е.: - Всё, о чём вы говорите, кроется в уставе. В уставе написано: к исключительной компетенции конференции относится утверждение перечня комиссий и комитетов и положений о них. А тренерский совет – это не что иное, как орган, подходящий под эту статью. Соответственно, если жить по уставу, то президиум ничего утверждать и не вправе по этим вопросам. Что касается моего мнения по этому конкретному вопросу… На президиуме вот звучала мысль: Грушин плохой, поэтому давайте мы его не будем утверждать. А если был бы Сидоров, и он был бы хороший, то мы бы его утвердили? Я там высказался так: если бы с точки зрения какого-то инструментария, при принятии решений тренерским советом процедура была нарушена, то тогда другое дело. А так – разве мы вправе вмешиваться? Вот там кто-то высказался, что Грушин человек небеспристрастный, он кем-то заангажирован. Я говорю: тогда нам надо на Луне искать беспристрастного человека. У нас любого тренера возьми, и он окажется небеспристрастен. Я считаю, что тренеры сами должны решать эти вопросы, должны научиться принимать ответственные решения.

Вообще, я сразу сказал: зачем нам тратить 2 часа на обсуждение решений тренерского совета? Если это консультативный, совещательный орган…

«Л.С.»: - Вы о тренерском совете?

А.Е.: - Да. Большинство членов президиума высказалось, что это консультативный орган.

«Л.С.»: - То есть решения тренерского совета можно и не выполнять?

А.Е.: - Совершенно верно, получается, что так. Но я с такой позицией не согласился. И, в общем, когда голосовали – утвердить или не утвердить кандидатуру Грушина, голоса разложились 10 на 11.

«Л.С.»: - Я от кого-то слышал, что 10 на 10.

А.Е.: - Нет, по-моему, там было 10 на 11, и Логинов в этой ситуации голосовал против Грушина, и получилось 10 на 11, по-моему, это так всё и было. Я не могу сказать наверняка, надо посмотреть протокол. Надеюсь, мы его увидим.

«Л.С.»: - То есть голос Логинова оказался решающим при принятии решения о том, что Грушин не может быть председателем тренерского совета?

А.Е.: - Ну, может быть, и не именно голос Логинова, но он был против утверждения Грушина.

«Л.С.»: - Александр Павлович, а вы не считаете, что президиум и президент в данном случае вошли в конфронтацию с тренерским советом, который два дня заседал, принимал какие-то решения, дискутировал, озвучивал одни точки зрения, иные и…

А.Е.: - Я скажу так: у меня есть некоторый опыт работы в общественных организациях, я представляю себе правовые основы такого рода деятельности. Понимаете, мы должны в самое ближайшее время поставить всё с головы на ноги. Какой смысл собирать тренерский совет, что-то решать без Положения о нём, если совершенно непонятны его полномочия? То есть тренерский совет собирается, что-то обсуждает, а Положения об этом органе не существует. Непонятно, решение каких вопросов входит в компетенцию тренерского совета, что он вправе решать, а что находится за пределами его компетенции. Эти все вопросы должна была решить конференция.

«Л.С.»: - В общем, надо работать над уставом?

А.Е.: - Естественно! Кстати, я предложил: давайте образуем рабочую группу, которая нам через какой-то определенный период отчитается о своей работе над проектом нового устава. Вообще, не надо представлять ситуацию таким образом, что я критикую президиум, вхожу с кем-то в конфликт… Я лишь высказываюсь в том смысле, что мои представления о работе президиума расходятся с представлениями некоторых других членов президиума. Хотя, надо сказать, что некоторые мои выступления на президиуме нашли поддержку многих других членов президиума – по многим вопросам мои выступления оказались ключевыми, те или иные вопросы переносились или рассматривались по-другому. И в этом смысле я чётко вижу, что, по крайней мере, 6 – 8 человек в сегодняшнем президиуме – это мои союзники. Возможно, времена изменятся, и президиум в самое ближайшее время будет принимать те или иные решения с учетом норм Устава.

«Л.С.»: - Вы не боитесь произносить слова «открытость», «прозрачность»? Ведь это те самые слова, с которыми шли на суд против ФЛГР Кондрашов – Чепалов – Грушин, это те самые слова, которые снискали этим людям славу скандалистов, людей непопулярных сегодня в российском лыжном сообществе. Вы не боитесь поставить под удар репутацию санкт-петербургской лыжной федерации? Мы видим, что сейчас санкт-петербургская федерация задышала, там происходят очень интересные процессы. Клейма скандалиста не боитесь?

А.Е.: - Мне не нужна популярность, мы не на эстраде. Но, проявляя принципиальность и последовательность, мы как раз наоборот в глазах общественности выглядим серьёзными людьми. Если я до конференции говорил об этом, говорил об этом на конференции, говорю об этом сейчас вам, то я так и работаю дальше, я не меняю своего мнения. И… Что значит скандалист? Я буду стараться работать таким образом, чтобы какие-то мои соображения были услышаны членами президиума, какие-то были последствия. Поэтому, наоборот, я думаю, что если мы обсуждаем сегодня с вами все эти вопросы, то в этом нет никакого криминала. Мы обсуждаем вопросы работы общественной организации. У нас каждый день пресса информирует, с кем встречался президент Путин, какие были приняты решения президентом, правительством. Пресса – это единственный инструмент, который позволяет простому человеку получать информацию о том, что происходит. Пусть люди высказывают другие точки зрения, пусть высказываются другие журналисты – мы почитаем, сравним.

«Л.С.»: - А вам не кажется, что конференции в тот вечер бутерброды были важнее, чем выборы какого-то там президиума?

А.Е.: - Нет, я не думаю, что конференции были важнее бутерброды. Я думаю, что сказалась непродуманная организация конференции… Это люди, понимаете? Нельзя держать их голодными 10 часов. Надо было провести конференцию в 2 дня. Можно было сказать: уважаемые коллеги, при всей важности и востребованности бутербродов мы сейчас выбираем членов президиума, которые будут определять нашу жизнь в течение ближайших лет. Может быть, этого не было сказано. Конечно, на президиуме Владимир Алексеевич признал, что при проведении конференции были допущены ошибки, но что теперь делать, надо как-то выходить из ситуации. На самом деле, конференцию можно собрать в любое время. Достаточно 50% голосов членов президиума, и по уставу мы собираем новую конференцию.

Вообще, я стараюсь быть корректным по отношению ко всем членам президиума. Я понимаю, что у кого-то из них такое мнение. У меня оно другое. Надо искать компромиссы. Вот я свою точку зрения высказываю. Вот, можете представить, что я на каждый вопрос на президиуме высказывал своё особое мнение или совсем противоположную позицию?
Я выглядел там, действительно, возмутителем спокойствия, но мне потом пожали руку, сказали: правильно, Александр Павлович, нам нужны разные точки зрения. Я не вижу, чтобы там, на президиуме, была какая-то совершенно уж негативная реакция на мои слова и поступки.

«Л.С.»: - Ваше отношение к поступку Вяльбе?

А.Е.: - Знаете, Вяльбе – великая спортсменка, я преклоняюсь перед её заслугами. У неё могли быть иные пути в бизнесе, политике, но она пришла в федерацию как-то помочь лыжному спорту, и это вызывает уважение. Но это её решение сначала согласиться на должность главного тренера, а потом очень скорый отказ от этого своего намерения выглядит непродуманным, не приносящим всем нам пользу. Если уж пошла, то будь серьёзным человеком, иди до конца. Но, может быть, я не знаю всех подводных камней? Во всяком случае, я вижу, что это очень больно ударило по тренерам, которые в очередной раз оказались в странной ситуации: вроде то-то решали, а зачем?

Беседовал Иван Исаев.