• 
  Андрей Шитихин

  Чемпионат

Максим Вылегжанин: «Ударить Родченкова? Вряд ли он этого достоин»

Комиссия МОК Дениса Освальда лишила лыжника Максима Вылегжанина трёх завоёванных в 2014-м в Сочи серебряных наград и пожизненно отстранила от Олимпиад, а Международная федерация лыжных видов спорта не допускает до соревнований. Но его продолжают проверять на допинг, а сам он будет бороться до конца. Вылегжанин, который сейчас тренируется в Ижевске, рассказал «Чемпионату», что намерен предпринять, если его апелляция в CAS не будет удовлетворена.

«Жду, что правда восторжествует»

— С каким настроением сейчас тренируетесь?

— В сторону эту ситуацию не отбросишь, никуда не денешь. Но уже год, как это всё продолжается. Чувства немного притупились. Скоро это всё должно закончиться. Не позднее 28 января я узнаю, да или нет. Еду на Олимпиаду в Пхёнчхан или остаюсь дома.

— Как оцените шансы на успешную апелляцию в CAS?

— Конечно, хочется, чтобы Спортивный арбитраж внял моим доводам. Я же ничего не нарушал, ни одного положительного теста. Жду, что правда восторжествует.

— Могли ли ваши пробы быть заменены на те, что вы сдавали, например, на углублённом медицинском обследовании?

— Честно скажу – не знаю. Все проходят УМО – и норвежцы, и шведы, и немцы. А достают почему-то нас. Послушайте, во время Олимпиады в Сочи я сдал шесть допинг-проб. То есть это 12 баночек мочи. Из них только на одной пара царапин, остальные совершенно обычные. Если подменили мою пробу, только одну. Это разве не странно? Было бы логично тогда подменить все 12, раз это была государственная система. Много вопросов, на которые нет ответа.

«Приходи на суд, предъяви доказательства»

— Хотели бы услышать эти ответы от Григория Родченкова?

— Да, но только лично. Пусть подтвердил бы свои слова под присягой, а также рассказал, как, где и кто именно передавал мне инструкции по подмене проб.

— Вы его лично знаете?

— Лично с ним не знаком.

— Если бы увидели его сейчас, смогли бы ударить?

— Вряд ли. Я– добрый, а он этого не достоин. Сказал бы ему: приходи на суд, предъявляй реальные доказательства.

«У меня берут пробы. Вопросов нет»

— У вас сейчас берут допинг-пробы? Вы же отстранены решением FIS.

— Да, берут. Я рад, когда они приезжают, я ничего не скрываю. В этом сезоне брали на сборах в Рамзау, в Отепя.

— Никаких вопросов ни у кого не возникло?

— Абсолютно. Всё чисто.

— Если апелляция в CAS окажется неудачной, что дальше?

— Иск в гражданский суд. Буду продолжать бороться.

— Вам сейчас запрещено участвовать во всех соревнованиях?

— Вы правы. Я не могу стартовать ни на одном старте, включая российские. Дело в том, что если сотрудники официальных российских организаций обслуживают старты, то они не могут меня допустить. Вот у нас сейчас будет марафон имени Галины Кулаковой, так я даже там не смогу пробежать. Судьями там будут работники Федерации лыжных гонок Удмуртии. И они не могут меня пустить.

— Получается, у вас сейчас только тренировки?

— Да. Обычные тренировки, скоростные и контрольные.

— Насколько сложно тренироваться, не зная, ради чего всё это?

— Очень тяжело. Я же провёл в начале сезона несколько гонок FIS и пробежал первый этап Кубка мира, пока меня повторно не отстранили. От этих ощущений и отталкиваюсь сейчас на тренировках. Соревновательная практика должна быть.

— Если судить по тем гонкам, вы раскатились бы сейчас?

— Безусловно. Я очень хотел пробежать скиатлон, во время которого можно поработать в контактной борьбе, подержать темп лидера.

— С ребятами из сборной общаетесь?

— Регулярно. Смотрю гонки, пишу им. Я очень хочу очистить своё имя и вернуться в лыжи.