Юрий Каминский: «Русская тренерская школа похожа на дрессировку»

Главный тренер сборной России — о тайнах спринтерских побед, барокамере в автобусе, работе над «классикой» в Новой Зеландии и отколовшейся группе швейцарца Бургемайстера.
— Юрий Михайлович, в роли главного тренера вы провели уже почти полный сезон. С кругом обязанностей определились?

— Моя задача — заниматься всем, что дает результат. Это масса административной работы, а иногда и вмешательство в планы старших тренеров. Так как в женской коман­де у нас сейчас больше всего проблем, основное внимание уделяю ей. Тренеры там новые, неопытные — это слабое звено, которое необходимо подтягивать.

— Как старшие тренеры реагируют на ваше вмешательство?

— Нормально. Думал, что будет хуже. Я стараюсь быть деликатным, но не знаю, как это выглядит со стороны. Наше слабое место — отсутствие системы контроля. Непонятно, как проследить за тем, как спортсмен реагирует на ту или иную нагрузку, как меняются его показатели от старта к старту. Будущее же — в точечной работе на лидеров, на тех спортсменов, кто может завоевывать медали. Но парадокс в том, что пока в команде не заработает вся система, мы не сможем себе такого позволить.

— Почему женская сборная так отстает по уровню результатов?

— Тут целый комплекс причин. Главная, как ни странно, в том, что девочки взрослеют быстрее мальчиков. Соответственно, многие тренеры начинают затыкать ими дыры. Одна спортсменка в 13–14 лет бегала за свой регион все соревнования подряд, от юниорских до взрослых. Бегала успешно, но, пока дошла до взрослой сборной, заработала перенапряжение сердечной мышцы и для большого спорта была потеряна. О чем говорить, если во всей женской сборной всего два человека достойно проходят спуски, а на остальных смотреть стыдно?! Это беда девочек, а не вина. Детским тренерам некогда работать над техникой, они гонятся за результатом…

— Зато наши лыжники добиваются максимальных успехов в спринте. Алексей Петухов вон даже на Кубок мира претендует.

— У нас в моде методика с упражнениями на максимальную силу и скоростно-силовую работу. Она дает прирост в спринте. К тому же в нем проще добиться быстрого результата. Длинные дистанции требуют более кропотливой работы. Не случайно же в марафонах чаще побеждают возрастные спортсмены.

— Как строится взаимодействие с группой швейцарского специалиста Бургемайстера, где тренируются Легков и Черноусов?

— В их планы я не вмешиваюсь. Спортсменам работать с Рето нравится, их группа компактная и более мобильная, чем основная сборная. Но они не могут пользоваться некоторыми нашими преимуществами, например перевозной лабораторией. Бургемайстер делает упор на силовую работу, которую, на мой взгляд, Легков «переварил», а вот Черноусов еще нет. В то же время, мне кажется, Рето стоило бы уделять больше внимания технике бега. Я вижу, как работает над ней наш старший тренер Олег Перевозчиков, как упорно добивается от ребят правильного движения. Возможно, в этом и есть разница тренерских школ: русская похожа на дрессировку. Не зря у нас успехи там, где важно максимальное число повторений, — в художественной гимнастике, синхронном плавании.

— Что за перевозную лабораторию вы используете?

— Это микроавтобус с водителем, он же оператор, который снимает технику спортсменов, записывает данные электрокардиограммы и другие показатели здоровья. Внутри автобуса есть и барокамера для восстановления.

— Летом вы поразили революционной идеей — сбором в Новой Зеландии. Не далековато?

— Нормально. В Новой Зеландии основное внимание мы уделили классическому стилю. И даже иностранные тренеры отметили, как мы в нем прибавили! Алексей Петухов, Антон Гафаров раньше считались чистыми «конькистами», а теперь в классике даже претендуют на полуфинал.

— Вы для себя уже определили примерный состав олимпийской сборной Сочи-2014?

— Перед прошлым сезоном выписал на листочек имена тех, кто в Сочи способен выиграть медаль. За год добавились всего два человека — Полина Медведева и Елена Соболева. Прибавьте человек 10 из молодежной сборной, которые за два года способны раскрыться. И вот вам состав претендентов на Олимпиаду.

— На сколько процентов он совпадет с нынешним?

— Вы думаете, у нас так много спортс­менов? Думаю, до Сочи появится максимум пара новых фамилий, которые сейчас неизвестны публике.


Наталья Марьянчик, PROспорт