Александр Кравцов: "Помощь регионам не должна уходить в песок"

Александр Кравцов большинством голосов избран на пост президента Союза биатлонистов России сроком на четыре года. Выборы прошли 20 мая в Москве на заседании отчетно-выборной Конференции СБР. В беседе с корреспондентом «Чемпионата» новоиспечённый президент СБР Александр Кравцов рассказал, что нужно изменить в работе федерации и какая помощь регионам была бы эффективной.
— Александр Михайлович, все кандидаты в президенты СБР говорили о необходимости улучшения взаимодействия федерации и регионов, однако высказывались абстрактно. На ваш взгляд, в чём заключается эта проблема?

— Прежде всего проблема лежит во взаимопонимании. Многие региональные центры стремятся отдать на поруки государству ДЮСШ с чуть улучшенными условиями и сделать из него филиал центра подготовки сборных команд.

Но ЦСП — центр, где сосредоточены сборные команды России, а регионы должны решать другие задачи. Именно — готовить резерв для сборных команд, а как раз это и не делается по многим объективным и субъективным причинам.

Первая из них — то, что тренеры получают деньги за результат. В своё время существовала система, определяющая деятельность детских спортивных школ. Там чётко были прописаны параметры оценки качества работы, среди которых не было текущего результата. Чтобы говорить о перспективах базовых видов спорта в регионе, нужно определить ряд параметров: наличие грамотных специалистов, способных реализовать поставленные перед ними задачи и база, на которой эти задачи будут реализовываться. В биатлоне — это совокупность трасс и наличие современного стрельбища, соответствующего всем современным стандартам. Только в этом случае сборная команда будет получать готовых спортсменов, которых не надо переучивать. На практике же спортсмены нередко показывают впечатляющий результат на всероссийском уровне, а на международном уже не могут конкурировать из-за массовых огрехов в циклической и функциональной подготовке, допущенных в ранней юности.

— Как на практике оценить потенциал каждого региона в развитии биатлона?

— Во-первых, они должны представить данные по качественному составу тренерского коллектива, по возможностям баз. Далее должна быть проведена экспертная оценка этих возможностей. Сейчас инициатива идёт главным образом снизу. Проще всего заявить — мы будем развивать биатлон и не нести в связи с этим никакой ответственности. Другой проблемой является то, что вузов, которые готовили бы практикующих тренеров по биатлону, раз-два и обчёлся. Я бы вообще разделил все регионы на доноры и дотационные — у которых нет средств для полноценного развития вида спорта. Регионы-доноры платят налоги в казну и имеют деньги и возможности развивать спорт, строить базы, приглашать лучших специалистов и перспективных молодых спортсменов.

— Какие регионы вы относите к донорам в биатлоне?

— Прежде всего нефтегазовые центры Тюмень и Ханты-Мансийск. Раньше к ним можно было отнести и Урал, но сейчас там всё умирает из-за остановки градообразующих предприятий военно-промышленного комплекса. Если кто-то талантливый у них появляется — вскоре переезжает в Тюмень, Ханты, Санкт-Петербург или Москву.

— Но ведь и в таком качестве эти регионы могут быть полезны для подготовки резерва.

— Проблема в том, что специализированных детских спортивных школ осталось мало в сравнении с комплексными школами, которые не могут сосредоточиться на конкретном виде спорта и обеспечить все этапы подготовки. Слова «олимпийского резерва» в их названии — это обман. Честно было бы заниматься оздоровлением под эгидой министерства просвещения и не претендовать на статус школы олимпийского резерва. Для этого ведь надо иметь пирамиду спортивного совершенствования от трёх лет начальной подготовки до уровня мастеров спорта. Ещё один обман — борьба регионов за причастность к успехам того или иного спортсмена. Одни ставят себе в заслугу, что он у них начал, а другие — что они его перекупили (у себя толком спорт не развивают, но получают готовый продукт).

— Почему в таком случае эти заведения добиваются столь высокого статуса?

— Во-первых, в отличие от детско-юношеской спортивной школы в школе олимпийского резерва выше тренерские ставки. Во-вторых, негативную роль сыграла ликвидации спортивных школ министерства просвещения, которые помогали привлекать альтернативное финансирование (в особенности в дотационных регионах).

В 90-е годы я был директором в такой школе в маленьком городе Оха. Тогда у меня было устойчивое финансирование, выделяемое администрацией города на городской отдел образования. А ведь тогда стране денег не хватало почти ни на что. Кроме того, наша школа пользовалась общеобразовательными спортивными сооружениями и площадками. Все тренеры на полставки были трудоустроены в группы продлённого дня в школах, где не только отрабатывали свою зарплату, но и занимались селекцией, отбором, набором и привлечением ребятишек в группы спортивной подготовки. Сейчас эта система, увы, уничтожена.

— Как в нынешних условиях воспроизвести эту пирамиду спортивной подготовки?

— Во-первых, нужно взять карту и списки сборных команд и посмотреть, откуда эти ребята вышли и попали в сборную. Мы сразу увидим, где работает уровневая система начальной подготовки. Вот этому региону и надо помогать, а не просто привозить 100 винтовок в регион, где за меня проголосовали. Когда я работал в спортивных школах, у меня были типовые учебные программы по годам обучения, где было расписано, что должен делать лыжник в группе начальной подготовки после первого, второго и третьего годов обучения, и нигде не стояло слово «результат». В основе этой деятельности был метод педагогического обучения. У нас любой ребёнок мог объяснить, что такое попеременный двухшажный ход, что такое присед и подсед. Сейчас тренеры сборной могут путаться в этих понятиях, не говоря уже о детских школах. Сейчас родители могут позволить детям лучшие лыжи и ботинки, но иногда страшно смотреть, что они на них изображают, а ведь детская моторика намного восприимчивее, чем у взрослого человека. Но его не учат правильно делать даже первые шаги.

— Каким образом должна осуществляться помощь регионам? Что бы вы изменили в предложенной Михаилом Прохоровым системе?

— Нужен системный подход с пошаговым описанием оказания помощи тому или иному региону, будь то методическая или материальная помощь или работа по взаимодействию специалистов центра и регионов. Вариантов сотрудничества множество, но главное, чтобы эти формы взаимопомощи не были бессистемными и не ушли бы, как вода в песок. Помню, в своей же школе, я, использовав все свои связи, обеспечил какую-то совершенно фантастическую для того времени (конец 80 — начало 90) и для тех мест экипировку и инвентарь. Думаете, результаты сразу взлетели? Ничуть не бывало! Проанализировав причины, я пришёл к грустному выводу — тренеры были просто не готовы работать на высоком уровне. Понимаете, о чём я? Оборудование и инвентарь можно купить, сборы провести в самых дорогих местах и по высшему разряду. Но пока не подготовишь тренеров, польза от этих затрат будет мизерной.

— Что нужно сделать, чтобы предотвратить усиливающийся отток спортсменов за рубеж?

— Все регионы должны в первую очередь знать свои права на основании критериев отбора в национальные команды. При этом недопустимо так называемое телефонное право, когда спортсмена ставят в команду по звонку влиятельного чиновника из региона. Беспристрастный отбор будет гарантией того, что спортсмены снова поверят в свои силы.

— Намерены ли вы препятствовать миграции спортсменов на законодательном уровне в IBU?

— Миграция спортсменов — это нормальное явление. Кто-то уезжает из России в ближнее зарубежье, кто-то приезжает в Россию. Зачем искусственно пытаться препятствовать естественным процессам?

— А как вы отнесётесь, если на конгрессе IBU осенью всё же решат сократить карантин при переходе спортсмена из одной сборной в другую?

— Спортсмен не должен становиться заложником правил, которые определяет чиновник. Тот может не одно десятилетие занимать своё место, при наличии опыта и профессиональных качеств, а век спортсмена скоротечен. Я не считаю, что нужно увеличивать карантин и дискриминировать спортсменов. Наоборот, все эти искусственные барьеры надо минимизировать. Сегодня спорт высших достижений становится достоянием международной общественности, а национальные границы и образования становятся в нём всё более размытыми. А удерживать спортсменов можно только достойными условиями работы и честными правилами отбора.

Александр Круглов,
"Чемпионат.com"