Павел Ростовцев: "Таких, как Пихлер, никогда не встречал"

Трехкратный чемпион мира, совмещающий посты вице-президента СБР и ассистента немецкого тренера Вольфганга Пихлера в женской сборной России, считает, что в мировом биатлоне есть только пять-шесть спортсменок, которые могут выигрывать, и в их числе - Ольга Зайцева.
Час с четвертью - ровно столько продолжался наш разговор в одном из отелей финского городка Йоэнсуу, где сейчас квартирует сборная. "О чем они столько говорят?" - этот вопрос, показалось, заинтересовал даже Пихлера, который неожиданно подошел и предложил нам кофе. Поблагодарили, отказались, продолжили. Ведь говорили мы, герр Вольфганг, о биатлоне, а ваш помощник обладает умением рассказывать об этом виде спорта весьма интересно.

- Как добрались из Осло в Йоэнсуу?

- Нормально. Несколькими группами, с пересадкой в Хельсинки.

- То есть рейсом. А футболисты, например, летают чартерами.

- Каждому свое. С нами летели немцы, французы, белорусы, ничего в этом страшного нет. В Ханты-Мансийск, насколько я знаю, команды добираются специальным чартером из Мюнхена. И в Пхёнчхан на ЧМ-2009 так же летели. Когда больше груза, дольше перелет - нормальная практика.

- Пересадки повышают риск заболеть.

- Идеальных условий все равно не бывает. Прямой рейс удобнее, но я однажды занимался организацией чартера и понимаю, какая это морока.

- Ваш тренерский опыт не так уж велик - полпредом губернатора Красноярского края, скажем, проработали в два раза дольше. Скажите, вы сейчас учите или учитесь?

- И то и другое.

- Что лучше получается?

- Даже не знаю. Набираюсь знаний, а о том, как учу, наверное, другие должны судить.

- В одном из интервью вы сказали, что нынешние тренерские методики - это собственность Пихлера и СБР. Неужели они запатентованы?

- Методики - не совсем верное слово. Речь не идет о патентах, но тренерские планы и нюансы подготовки - действительно интеллектуальная собственность Пихлера. Я так понимаю, что есть договоренность не дать этой информации выйти за пределы определенного круга лиц. Однако тренеры выступают на экспертном совете, отчитываются за финансирование перед Минспорта и так далее. Так что в вопросах открытости соблюдается разумный баланс.

- Как выглядит та самая интеллектуальная собственность? Это толстый талмуд, исписанные общие тетради или знания, хранящиеся у Пихлера в голове?

- Команда разбита на несколько групп, каждая из которых перед недавним сбором в Рупольдинге, например, получила по электронной почте свой план подготовки. Так это все и выглядит. Можно почитать и распечатать.

- Когда перестанете работать с Пихлером, вам будет запрещено этим пользоваться?

- План - не догма. Написать его - одно, грамотно скорректировать - другое. Поверьте, планы Пихлера корректируются огромное количество раз. Каждый день поступают новые данные: биохимия, субъективные ощущения спортсменок, работа на тренировках, скоростные и силовые показатели. Как глаза у них блестят - тоже важно. Плюс кардиограмма дважды в неделю. Пихлер с утра изучает информацию, советуется с доктором и уточняет задание на тренировку. Если требуется кого-то освободить или снизить нагрузку, так всегда и происходит.

- Хотите сказать, тренерский талант Пихлера заключается в тонкой и точной доводке типовых методик?

- В этом суть работы любого тренера. На последнем сборе, к примеру, индивидуальные планы корректировались два раза в день. Ветер, мороз? Пропускаем занятие или переносим на вечер. После обеда - запрос доктору. Если нет улучшений, отменяем, долечиваем.

- У вас тоже есть накопленная интеллектуальная собственность?

- Так громко я бы это пока не называл. Есть подходы, определенные наработки. И есть моменты, ставшие для меня открытием. В стрелковой подготовке, например, за которую отвечаю.

- В мужской сборной три тренера, в женской - два. Это особенности штатного расписания?

- Проработав в чиновничьем мире несколько лет, знаю, что любое штатное расписание можно скорректировать под управленческое решение. Так было и в данном случае, мне кажется.

- Между вами и Пихлером существует столь же четкое разграничение обязанностей, как между Андреем Гербуловым, Николаем Лопуховым и Андреем Падиным?

- Когда мы с Вольфгангом встретились в мае прошлого года, он сказал: функциональную подготовку полностью беру на себя. Что касается стрельбы, то мы дискутируем, обсуждаем. Пихлер всегда прислушивается и идет навстречу идеям и предложениям. То же самое можно сказать про беговую часть: Вольфганг обязательно советуется со мною, доктором, биохимиком, массажистом.

* * *

- Как, по-вашему, следует трактовать лидерство россиянок в зачете Кубка наций на фоне не самых удачных выступлений части команды?

- Отвечу так: сделан большой шаг вперед, но у нас еще много резервов.

- Разница в результатах Зайцевой и остальных - величина сократимая?

- То, что Ольга - лидер сборной и одна из лучших гонщиц мирового биатлона, известно давно. Но вот что показывает аналитика. Вилухина в гонках сезона проигрывает Зайцевой по 15 - 20 секунд, при этом и в тренировочных стартах уступала примерно столько же. Глазырина - минуту, однако и прежде отрыв был примерно таким же. Аналогичная картина по другим нашим гонщицам, если взять Зайцеву за точку отсчета. Лыжи, погода, самочувствие могут внести коррективы, но в целом расклад сил внутри команды сохраняется. Значит, такова данность.

Катя Глазырина расстраивается из-за собственных отставаний, но бежит она, как правило, в свое время, о чем мы ей и говорим. В мировом биатлоне есть 5 - 6 спортсменок, которые могут выигрывать, в их числе и Зайцева, остальные - в отдалении. Этот отрыв можно и нужно сокращать, но его не следует панически бояться.

- Иногда кажется, что если Зайцеву с ее опытом и ответственностью оставить совсем без тренеров, она будет точно так же заезжать на подиумы. Согласны?

- Нет. Уважая суперпрофессионала Зайцеву, замечу: для более полного раскрытия ее таланта, для обеспечения тренировочного процесса и душевного комфорта нужны большие организационные усилия. Муж, сын, сестра, быт, какие-то проблемы - все это надо непременно состыковывать. Работа скорее менеджерская, чем тренерская, но ею необходимо заниматься.

И еще. Четко помню аналитику декабрьских этапов. Есть такой показатель - отставание по скорости от среднего арифметического трех лучших в гонке. Так вот Зайцева в декабре бежала значительно сильнее, чем в прошлом сезоне. Могу доказать фактами. Был прогресс и по стрельбе. Спортсмену, стреляющему на уровне 85 - 87 процентов, два процента добавить очень сложно. Зайцева это сделала.

Улучшила в декабре стрелковые показатели и Богалий-Титовец. Проблемы были у Слепцовой в "лежке" и у Юрловой в "стойке", но это отдельная тема.

- А я как раз собирался спросить про всех трех. Юрлова, скажем, совсем не такая, как в прошлом году. Почему?

- Нужен глубокий послесезонный анализ. Сейчас это невозможно: в первую очередь, сезон требует оперативной реакции на происходящее.

- Самая популярная версия - не усвоились летние нагрузки.

- Люди, наверное, вправе так думать. Но мне не дает покоя одна мысль. У нас было два сбора в Рупольдинге - декабрьский и январский. Мы спокойно восстанавливали технические стрелковые навыки, которые волей-неволей теряются в ходе сезона. Работали и по металлу, и очень много по бумаге.

- Это как?

- По обычным мишеням и по бумажным, когда спортсмен, выполняя выстрел, не видит мгновенно его результатов. Это восстанавливает автоматизм и правильность действий, которые забываются в ходе соревнований из-за нервов, ветра, суеты и прочего. Так вот, в первые три дня Юрлова прошла 18 рубежей и допустила лишь два или три промаха.

- О чем это говорит?

- О том, что человек не может докопаться до психологических причин своих промахов в условиях гонки, хотя сам психолог по образованию. В стрельбе по бумаге Екатерина чуть ли не лучшая, как переходит на металл или стартует - посыпалась. Раньше не предполагал, насколько стресс может психологически сковывать спортсменку, это стало для меня открытием. Та же Яна Романова по всем предсезонным стартам твердо была третьей-четвертой в команде. Но когда надевает номер - совершенно меняется.

* * *

- Неужели не сталкивались с подобным в своей гонщицкой карьере?

- В такой степени - нет, как ни странно. Может, это особенности женской психики. Или усилившееся давление извне, завышенные ожидания прессы и болельщиков, моральный гнет, провоцирующий в головах спортсменок самобичевание, неуверенность и депрессию. К сожалению, в моей жизни был период, когда я не мог выбраться из моральной ямы. Помог психолог. И команде, считаю, он обязательно нужен. Мы видим сегодня, как работает Нойнер, теннисисты, автогонщики. Тому, кто переживает постоянные стрессы, без психолога никуда. И у Кати Юрловой, думаю, есть внутри какие-то крючки неуверенности, которые нужно снять.

- Вы сами нанимали себе психолога?

- Это было после завершения активной карьеры и к биатлону отношения не имело. А если бы стал работать с психологом раньше, мог добиться в спорте большего.

- В позапрошлом году, если не ошибаюсь, СБР приглашал психолога. Одни спортсмены были не против, другие сказали: пустая трата времени.

- Мне в свое время удалось найти контакт не с первым специалистом, а вопрос доверия здесь ключевой. Или вот Пихлер рассказывал: у него тренировались лыжники Ева Захенбахер и Тобиас Ангерер. Возникла идея привлечь психолога. Одному спортсмену он помог, другому - нет. При том что речь шла о лыжниках, а не о биатлонистах, у которых роль психологии неизмеримо выше.

- В последнем масс-старте у Юрловой был один промах и четыре минуты отставания "ногами". Это тоже психология?

- Не стоит думать, что она здесь вообще ни при чем. Я вижу, как реагируют на неудачи, допустим, Нойнер и Гесснер, и как - наши девочки. Разница колоссальная! Старты бывают разные, но даже в плохих гонках есть позитив. Надо научиться видеть его, а не заниматься самоуничтожением.

- Богалий-Титовец в этом сезоне выступает стабильно, но безрадостно. Значит ли это, что пора вести речь о потолке возможностей?

- Может, и так. Но важно учитывать, что Аня даже в лучшие времена не была сверхскоростной спортсменкой. При этом она надежный эстафетный боец, способный показать достаточно высокий уровень и помочь команде. У Ани есть ценное умение: в ответственный момент по-бульдожьи вцепиться в свой шанс, а это всегда востребовано.

* * *

- Когда "прорвет" Слепцову?

- Свету мы отпустили, дали возможность просто отдохнуть, полежать неделю на своем диване.

- Тоже психология?

- Человек немного приболел в Рупольдинге, что внешне почти не проявлялось. Легкое недомогание, две - три пропущенные тренировки, и то больше для подстраховки. Но каждый переносит это по-своему. Света перенесла тяжело. Взять шведа Линдстрема. Еще в Оберхофе было заметно, что он готов просто супер. Затем была победа в Антхольце с большим отрывом. А потом Линдстрем приболел. В Холменколлене швед две гонки пропустил, и в масс-старте проиграл три минуты. Мышцы, капилляры, митохондрии - у тренированного человека все это не может столь сильно пострадать за столь короткий перерыв в тренировках. Сломались более тонкие настройки - на уровне обмена веществ и опять же психологии.

Я уже сказал Пихлеру, и он со мною согласился: следующий сезон надо построить так, чтобы спортсменки имели возможность посетить свой дом, поспать в своей кровати, поесть из своей посуды. Это важно. Девочки с октября не были дома, им тяжело. Зайцеву, Богалий отпускали, они матери. Но и остальным это надо. Слепцова пробежала в четверг спринт, в преследование не попала. В субботу на тренировке - совершенно другой человек: глаза горят, веселая, биохимия в порядке, мощные движения, классная работа на рубеже. Сама говорит: чувствую себя великолепно, завтра дам бой. Приходит воскресенье - и завал в масс-старте. Это психологическая усталость. Надо отдохнуть от команды, от Ростовцева, от Пихлера, от обстановки...

- Что еще вы поменяли бы в подготовке к этому сезону, будь такая возможность?

- Не готов говорить о функциональной подготовке или организации. У нас были суперсборы и суперработа, система "две недели дома, две на выезде" четко действовала. Другое дело - не у всех в России есть нормальные условия для тренировок, а это всегда влияет на ответственность. Юрлова говорит, что ей лучше оставаться в Рупольдинге. Там все отлажено, Зальцбург, Мюнхен рядом, можно проветриться. А дома после тренировки надо зайти в супермаркет, приготовить, убраться... Да еще на стрельбище в Питере какие-то туристы палатку растянули. Она говорит: "Ребята, мне нужно тренироваться", а они ей: "Хорошо, мы переместимся на 30-ю установку, стреляй на здоровье". На лыжероллерную трассу машины выезжают, в Омске таких трасс вовсе нет, в Хантах реконструкция... Это чья вина? Пихлера, Кущенко, Прохорова? Вот у Богалий в Новосибирске условия нормальные, вопросов нет.

Что касается стрельбы, пришлось много заниматься подбором патронов. Даже лишнюю работу сделал, но, не пройдя этот путь, не получил бы опыт.

- Отстреляли слишком много патронов?

- Не только. Два раза ездили на фабрику в Германию, отбирали при температуре плюс 15 - 17, а зимой, как оказалось, те патроны "не работают". Учтем на будущее.

* * *

- Говоря о создании комфортных условий для Зайцевой, вы не упомянули среди ее окружения журналистов. Как быть с ними, то есть с нами? Иногда от Ольги такой холодок идет, что вопросы из головы вылетают.

- Надо оградить спортсменку от всего, что выводит ее из душевного равновесия. Мешают журналисты? Извините. Поступает очень много запросов от немецкой, норвежской прессы. Мы отказываем. Зайцевой это неинтересно. У нее нет, к примеру, немецких и норвежских спонсоров, а затрат нервной энергии общение с журналистами требует немалых.

- Чистая стрельба Зайцевой в норвежском преследовании и четыре промаха в масс-старте - в чем причины?

- Отсутствие концентрации. И лыжи, надо признать, у Ольги были не самые лучшие.

- Не та пара?

- Точно не знаю, но когда она катилась со спуска перед трибунами, ее объехали две соперницы. Плюс третий круг прошла очень сильно, может, чуть перебрала перед рубежом.

- Усталость Зайцевой - миф?

- Кто сказал, что она устала? Пусть предоставит факты. Я не вижу по ее биохимии, по ЭКГ, по аппетиту и сну, что Ольга устала. Когда рушится сон - это первый признак переутомления. За собой не замечали такого?

- Было, конечно.

- Я на прошлой работе в администрации края тоже испытывал. Во сне думаешь о мероприятиях, протоколах, совещаниях... В отпуске на пятый день все нормализуется. Это усталость. А у Зайцевой такого нет. Нойнер, Домрачева, Макарайнен, Бергер сезон за сезоном выходят на все старты. Почему они не устают? Спады формы могут иметь место. Или, к примеру, сервис-бригада признала, что в Антерсельве у нас были не самые хорошие лыжи. Но это, согласитесь, не переутомление.

- Кстати, о сервис-бригаде. Приглашение немцев во главе с Райнхардом Нойнером означает, что раньше у нас не хватало народа?

- Да, людей не хватало. Три человека для качественного сервиса - очень мало. Сейчас их семь, это нормально.

- Психология для сервисменов - значимый момент?

- Однозначно.

- Не возникло ли в таком случае внутреннего напряжения после прихода иностранцев?

- Какая-то реакция, возможно, ревность, наверняка, возникла. Но это рабочий момент. Есть новые подходы, принципы, методики... Сейчас бригада работает все лучше и лучше. Что такое подготовка лыж? Сначала нужно выкатать шлифт, ту структуру лыж, которая будет работать. Потом базовый вариант парафина. Затем порошки. И все это положить по определенной технологии, как у Джеймса Бонда: налить, но не размешивать. Плюс ручная структура, которую нужно сначала попробовать. Выбор конкретной пары для каждого гонщика... А инструментальных методов нет, ощущения только субъективные. Без доверия и слаженных действий здесь никак.

* * *

- Вы вернулись в биатлон из политики. Те навыки здесь нужны?

- Сто процентов. Школу в краевой администрации я прошел очень хорошую.

- Я не столько про школу, сколько про умение быть зубастым и толкаться локтями.

- И это тоже нужно. Не только в биатлоне - вообще в жизни. Так же как и умение аргументированно отстаивать свою позицию, вести диалог, слушать, вовремя отступать и так далее. Бюджетные дела, администрирование - все важно. Допустим, принято решение вызвать в первую команду Булыгину. Но за этим неминуемо следует цепочка других событий и решений: транспорт, оружие, логистика, гостиницы, визы. Нужно обо всем помнить и все предусмотреть.

- Тренерам сборной, учитывая политические амбиции президента СБР, дозволяется иметь другие партийные предпочтения?

- Разумеется. Нас вообще политика особо не затрагивает, хотя, будь у меня возможность, я бы Прохорова каким-то образом поддержал. Слишком очевидна для меня разница между биатлоном тех лет, когда был спортсменом, и нынешней ситуацией, когда по всем направлениям - от детского спорта до главной команды - запущены важные механизмы, обязанные дать результат.

- Вам приходилось кричать на спортсменок или отчитывать?

- Голос повышал. Когда необоснованно истерят, например, окрик может успокоить. И замечания делаю, когда, скажем, кто-то опаздывает в аэропорт. Одна опоздала - тормозится весь процесс вылета.

- Вы в свое время были капитаном сборной. Кто сейчас у наших женщин капитанит и не отмирает ли этот институт?

- Я бы говорил не о капитане, а о лидере. Конечно, Зайцева с ее авторитетом. Мы, тренеры, советовались с ней в этом году по вопросам, не входящим в компетенцию рядовой биатлонистки. По кадровым, например, и некоторым организационным. Обсуждали, как лучше поддержать спокойствие в коллективе. Есть проблема: страх ошибки. У девочек глубоко в сознании сидит: как только оступятся - уедут домой. Это сковывает. А право на ошибку у спортсмена должно быть. Тем более у спортсменки, иначе она не раскрепостится.

- Как Пихлер реагирует на события сезона?

- Переживает. Он очень ответственный, щепетильный в деталях, в планировании и полностью отдается работе. Не думаю, что кто-то с ним в этом может сравниться. Будучи спортсменом, по крайней мере я никогда не встречал таких тренеров.

- У вас остается время на личные занятия спортом?

- Перед разговором с вами катался полтора часа.

- Сколько проехали?

- 22 километра.

- Со стадионом в Контиолахти у вас что-то связано?

- 1999 год, моя первая медаль чемпионатов мира.

Евгений Дзичковский, Спорт-Экспресс