Роберт Кабуков: "В любой немецкой аптеке есть база данных лекарств, которые содержат запрещенные вещества"

На фоне назначений в тренерском штабе сборной России по биатлону почти незамеченной прошла фамилия Роберта Кабукова, который стал старшим тренером по функциональной подготовке в молодежной команде. 46-летний Кабуков, как и новый старший тренер женской сборной Вольфганг Пихлер, является гражданином Германии, где последние пять лет возглавлял биатлонную команду земли Гессен. О том, что привело его в Россию, Роберт Кабуков рассказал в интервью «МН».

- Роберт, в вашем профайле в одной из социальных сетей написано, что вы родились в Сыктывкаре, а в 1992 году окончили Чайковский государственный институт физической культуры, где учились на кафедре биатлона.

- До этого я еще на юношеском уровне занимался биатлоном, но больших высот не достиг. Затем работал тренером по лыжным гонкам и биатлону ШВСМ в Сыктывкаре, а в 1999 году по семейным причинам уехал в Германию. Там какое-то время был тренером по плаванию и легкой атлетике – точнее, помогал двум своим сыновьям, которые занимались этими видами. Младший при этом стал чемпионом Германии в беге на 100 м среди 15-летних.

- Как вернулись к своей основной профессии?

- При необычных обстоятельствах. В 2006 году биатлонист Михаэль Грайс выиграл три золотые медали на Олимпиаде. Сам Грайс из местечка Нессельванг, что лишь в нескольких километрах от Кемптена, где тогда я жил. Начался биатлонный бум, и хорошие знакомые посоветовали воспользоваться ситуацией и отправить резюме. Через какое-то время позвонил руководитель биатлона Германского лыжного союза Норберт Байер, и после личного разговора с ним я получил пост старшего тренера по биатлону земли Гессен.

- Каких успехов достигли за это время?

- Группа у нас была небольшая, от 8 до 12 человек в разные годы. Однажды юношеская команда выиграла эстафетную гонку на чемпионате Германии, опередив знаменитые школы из Оберхофа и Рупольдинга. На чемпионате и Кубке Германии мои спортсмены неоднократно становились чемпионами и призерами. Из тех, кто работал в моей группе, назову девушек, которые сейчас входят в немецкую сборную «Б»: Надин Хорхлер, занявшую второе место в общем зачете Кубка IBU этого сезона, и трехкратную чемпионку мира среди юниорок Каролин Хеннеке.

- Приглашение из России было неожиданным?

- На предсезонных сборах в Рамзау и Обертиллиахе я довольно часто пересекался с российскими тренерами, мы помногу общались, задавали друг другу вопросы. Особенно интересными получались разговоры с Валерием Николаевичем Польховским, который постоянно находится в поиске, всегда ищет что-то новое в тренировках. И когда от него поступило предложение, выразил желание его обсудить. Все-таки я в душе остаюсь русским человеком, и желание работать со своими спортсменами оставалось всегда.

- От вас наверняка ждут новых идей в тренировочных планах?

- Я считаю, что отечественная тренерская школа очень сильная. Но некое отставание на сегодняшний день все же наметилось. Разговор по этому поводу с Польховским у нас уже был. Кардинально ломать российскую систему подготовки и насаждать немецкую мы не станем, естественно. Но какие-то новые моменты в силовой работе и в работе на интенсивность придется внедрять.

- Вы сказали про «отставание» российской тренерской школы. В чем оно?

- Например, в условиях работы. Скажем, в моей команде был приборы, по которым я мог измерять показатели спортсменов и оперативно реагировать на изменения в их организме. В России же биохимик есть только на уровне сборных команд. Это мы говорим про сборную. Все, что ниже – там тренеры до сих пор не имеют возможностей использовать современные средства контроля.

- Немецкие и российские спортсмены отличаются?

- Скорее, разница в постоянном контакте между наставником, спортсменом и даже родителями. Тренер здесь постоянно объясняет, почему он тренирует именно так, а не иначе. И биатлонист больше интересуется, больше анализирует, задает вопросы. В России тренер чаще всего ничего не объясняет – просто считает это недостаточно важным. Соответственно, и спортсмены, не получая достаточно информации, не учатся анализировать

- У нас говорят о том, что много молодых талантливых биатлонистов не доходит до элитного уровня по тем или иным причинам. В Германии есть такая проблема?

- Есть, но чаще по другим причинам. В 17-18 лет немец встает перед выбором: пойти учиться и обеспечить себе будущее или без всяких гарантий на попадание в сборную продолжать карьеру. И в большинстве случае он выбирает образование и профессию. Это более надежно. Разница в том, что в Германии в спорт приходят из состоятельных семей, и спорт для них – не стимул выбиться в люди, как в России. Там это лишь вопрос таланта и внутреннего честолюбия.

- Какой имидж нашего биатлона в Германии?

- Его очень уважают и очень ревностно следят. Мне как русскому постоянно приходилось чувствовать пристальный взгляд на себе. Тем неприятнее были допинговые скандалы с российскими биатлонистами в последние годы. Кстати, в моем контракте с немцами был особо оговорен пункт: в случае обнаружения допинга у моего спортсмена, я сразу буду уволен.

- В России считается, что употребляют все, но не всех ловят – мол, «немцы тоже не на колбасках бегают».

- Это все слова. На сегодняшний день ни один немецкий биатлонист не был уличен в применении запрещенных препаратов. Что бы ни говорили люди, но в Германии культура борьбы с допингом на порядок выше. Приведу показательный пример: в любой немецкой аптеке есть база данных лекарств, которые содержат запрещенные вещества. И если сказать, что ты Leitungsportler, т.е. спортсмен высших достижений, тебе предложат только те препараты, которые гарантированно не содержат допинг.

- Когда вы приступаете к работе со сборной России?

- У меня немецкий паспорт, поэтому некоторое время займут формальности. Со дня на день жду вызова, после чего начну оформлять рабочую визу, а затем вылечу в Москву. Поэтому, видимо, на первый сбор все-таки не успею. Но работа уже в любом случае идет – созваниваемся с тренерами, составляем планы сборов и тренировок.

- Какие цели вам ставят?

- Работать я буду с мужчинами 20-23 лет. Детального разговора о планах у нас еще не было, но и так все понятно. Задача второй команды – подготовка резерва для основной сборной к Олимпиаде в Сочи. При этом мы должны сделать так, чтобы перспективная молодежь вливалась в главную команду достаточно быстро и органично. Тогда буду считать свою работу успешной.

Евгений Слюсаренко,
"Московские Новости"